Летопись жизни и творчества А. П. Чехова: 1889 (часть 10)

Введение
Условные сокращения
1860-1873 1874-1875
1876 1877 1878 1879 1880
1881 1882 1883 1884 1885
1886, часть: 1 2 3 4
1887, часть: 1 2 3 4 5
1888, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8
1889, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12
1890, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8
1891, часть: 1 2 3 4

[Летопись жизни и творчества А. П. Чехова]: 1889 // Летопись жизни и творчества А. П. Чехова / Рос. акад. наук. Ин-т мировой лит. им. А. М. Горького М.: ИМЛИ РАН, 2004. — Т. 2: 1889 — апрель 1891. — С. 5—311.


1889

1 октября. Пьеса «Трагик поневоле» впервые поставлена в Петербурге на сцене Немецкого клуба (1-е Общественное собрание). Роли исполнили: Толкачев — М. И. Бабиков; Мурашкин — А. Дмитриев.

И. Л. Леонтьев (Щеглов) записывает в дневнике: «Вечером смотрел в Нем<ецком> клубе шутку Антуана Чехова “Трагик поневоле”, превосходно разыгранную Бабиковым.“Т<рагик> пон<еволе>” — подражание моему Дачному мужу. Не по-товарищески, Антуан!!

Боборыкин и Чехов — два крайние представителя нашей общественной расшатанности: первого при всяком появлении зря ругают на чем свет, а второго — превозносят за всякий водевильный пустяк. Полнейшее развихляйство и никакого вкуса». ИРЛИ, № 1416; ЛН, т. 68, с. 481.

Рецензент «Исторического вестника» (№ 10) подвергает сомнению критические оценки, высказанные в английском журнале «Атенеум» (см. 24 июня), считая, что обозрение Милюкова «очень слабо». См. около 18 декабря. Сообщение о выходе в свет «Исторического вестника» напечатано в НВ 1 окт.

П. М. Свободин отвечает Ч. на письмо (неизв.): «С великим удовольствием сажусь писать Вам, милый друг, célébre romaniste Tchekhoff! Говорю: с удовольствием, потому что отвечаю на Ваше письмо, в котором Вы пишете, что к 15—20-му октября вышлете мне два экз. “Лешего”. Наконец-то! ф-ф-ф-у! <...> Вы пишете, что встаете в 8 ч. утра и пишете. В добрый час! Очень жалею, что послал Вам свое толкование “Лешего”, и теперь, имея очень-очень много возразить Вам на Ваше замечание о характере профессорши, — воздержусь и не скажу ни слова. <...> Вы спрашиваете, есть ли у меня протекция в цензуре? Все есть и все будет сделано в два-три дня. Сегодня в театре я сообщил Потехину, что получил Ваше обещание, и оба мы поделились этой радостью как люди, заинтересованные в деле. О сценичности Вы, пожалуйста, не беспокойтесь и пишите так, как Вам покажется нужным. Завтра или во вторник <3-го> я пойду к директору <И. А. Всеволожскому> потолковать о том, что я не беру “Якобитов” и ставлю “Лешего”, чему, я знаю, он только будет очень рад». Спрашивает: «А скажите мне откровенно, Antoine: признали бы Вы полезным мой приезд в Москву на день, на два на этой неделе? <...> Напишите немедленно, не опоздайте...». Радуется, что «Скучная история» понравилась Плещееву: «Завтра повидаюсь с ним». Записки ГБЛ, вып. 16, с. 203—204.

Начало октября. У Ч. писатель В. А. Райский. «...На днях он явился ко мне. Оборванный, истерзанный недугами, развинченный... Оказывается, что летом у него был пожар, который уничтожил единственный бывший у него экземпляр романа <“Семейство Снежиных”>, все имущество, рукописи <...> Он обещал сходить к букинистам и поискать свой роман, но, по-видимому, о своем обещании забыл, так как ко мне не показывается и о нем ни слуху ни духу». Письмо Ч. А. С. Суворину от 15 окт. 1889 г. — Письма, III, 263—264.

Ч. извещает И. Я. Гурлянда (письмо неизв.) о посылке его стихотворения в «Северный вестник». См. 6 октября.

2 октября. П. М. Свободин отвечает Ч. на письмо (неизв.): «Сию минуту прочитал Ваше, только что поданное письмо <...> Пишите, пишите и пишите, — вот мой ответ на каждое письмо Ваше. Спрашиваете, возьмусь ли переписать второй экз. для цензуры? Возьмусь шелками вышить и бисером, все, что хотите, только пишите, Antoine. Но Вы меня смутили немножко. Сейчас объясню чем. Так как я уже успел рассудить, что просьба моя — высылать мне понемногу, что готово — не совсем удобна для Вас, а сегодняшним письмом Вы и сами подтвердили это неудобство, то я, вот уже три дня, решил ехать к Вам в Москву на один день. Сейчас читаю в Вашем письме, что Вы теперь в таком лихорадочном периоде писания, что, как я понимаю, оторвать Вас от дела, развлечь хоть на два, три часа пожалуй что и не следовало бы? Как быть? <...> Как бы ни было, я уже совершенно приготовился: отпущен и благословлен Потехиным, занял денег и проч. <...> Нет, я думаю, что не испорчу дела, если приеду к Вам, засядем мы вдвоем, я вслух прочитаю три готовых акта, схвачу шапку и, подпаливши стопин Вашего творчества, убегу: пусть Вас взрывает без меня. Несценично — вот одно, что может смутить Вас. Да милый Вы мой, у самого Шекспира куча несценичностей! Оставьте Вы в стороне эту никуда не нужную заботу и делайте свое дело. <...> Слушайтесь самого себя вне всяких условий и помните, что пьесы Виктора Крылова и покойного Дьяченко в высшей степени сценичны... <...> Итак, еще раз говорю, что и в цензуре, и в Комитете, и с перепискою все слажу и устрою». РГБ; Переписка, т. 2, с. 43—44.

2 (?) октября. Н. М. Соковнин шлет Ч. из Парижа памятную открытку с Эйфелевой башни: «...Красавец Париж стелется под ногами на необозримое пространство, залитое горячими лучами заходящего солнца. Душа растет и живое юношеское чувство тешит старческую кровь». РГБ (штемпель с датой получения на московской почте: 8 октября).

3 октября. П. М. Свободин пишет Ч.: «Сегодня письма, котор<ого> ждал от Вас с нетерпением, не было. Завтра с почтовым еду (если не получу приказания не ехать?). <...> Директор <И. А. Всеволожский> в восторге от моего решения и сам посылает меня к Вам в Москву». РГБ.

Пьеса «Иванов» поставлена в Гродно труппой драматических артистов под управлением М. С. Перлова. Список пьес, окт. 1889, с. 7.

Пьеса «Медведь» поставлена в Ставрополе на сцене зимнего театра Иванова труппой Общества русских драматических артистов (распорядитель — В. О. Лихомский). Список пьес, окт. 1889, с. 33.

О пьесе «Иванов» говорится в газ. «Театр и жизнь» (№ 361): «Странная судьба “Иванова”. В то время, как в Петербурге на Александринской сцене пьеса производит чуть ли не фурор же, в Москве — она интересует мало, в провинции — пьеса эта не имеет успеха, даже можно сказать — никакого!» В подтверждение газета приводит выдержки из рецензии «Саратовского дневника» (см. 28 сентября).

В. В. Билибин, отвечая Н. М. Ежову на вопрос о литографировании пьес в Театральной библиотеке В. А. Базарова и постановке их в Петербурге, пишет ему: «Впрочем, более подробные и точные сведения может дать Вам Чехов, уже искусившийся в этом деле». РГАЛИ, ф. 189, I, 7, л. 32.

3—4 октября. А. Н. Плещеев отвечает (письмо б/д) Ч.: «Я ничего не говорил с А. М. <Евреиновой> относительно высылки вам денег — сейчас же. <...> Но если вы к ней напишете, то она, может быть, изыщет средства вам выслать. — Я же вообще не люблю и не мастер вести с ней переговоры о денежных делах». Ч. ответил 6 октября. РГБ; ЛН, т. 68, с. 351—352 (на письме рукой Ч. — дата получения: 89, X, 5).

4 октября. Д. М. Городецкий сообщает, что «книги» (сборники Ч. «В сумерках» и «Рассказы» — 50 экз., посланных магазином «Нового времени») «получил приблизительно 5-го сентября». «По сегодняшний день продано по 2 экземпляра каждого названия — так мало потому, что, во 1-х, дело еще совсем почти не устроилось — нет других книг, во 2-х, продано много при Вас у Синани, 3-е, гуртовая продажа еще не организована. <...> А я на днях рассылаю извещен<ия> всем крымским книгопродавцам об отпуске гуртом. <...> Очень хотелось бы мне иметь издания Павленкова. Если Вы знакомы, не можете ли при случае замолвить за меня доброе слово? <...> Пишите, если время позволяет, и ради Бога — авторов, авторов, книг, книг!!» РГБ.

5 октября. П. М. Свободин утром приезжает в Москву к Ч. за рукописью «Лешего». Письмо П. М. Свободина Ч. от 3 окт.

5 (17) октября. Пьеса «Медведь» поставлена в г. Брно на сцене Чешского театра. ЛН, т. 68, с. 754.

Около 5 октября. Ч. в письме (б/д) сообщает А. П. Ленскому о работе над «Лешим»: «Пьеса готова и уже переписывается начисто. Если она сгодится, то очень рад служить и буду весьма польщен, если мое детище увидит кулисы Малого театра. Роль Ваша вышла большая и, надеюсь, не легкая. Хороши также роли, которые я имею в виду предложить Гореву, Садовскому, Южину, Рыбакову и Музилю. <...> Экземпляр пьесы приташу через 2—3 дня, когда кончу переписывать». Письма, III, 258.

«...Едва успев кончить повесть и измучившись, я разбежался и по инерции написал четырехактного “Лешего”, написал снова, уничтожив все, написанное весной. Работал я с большим удовольствием, даже с наслаждением, хотя от писанья болел локоть и мерещилось в глазах черт знает что». Письма, III, 261.

«В сентябре и в начале октября работал так, что в голове даже мутно и глаза болят. Теперь 2 недели буду отдыхать». Письма, III, 257.

6 октября. Передает рукопись уезжающему в Петербург П. М. Свободину. Письма, III, 257; письмо П. М. Свободина Ч. от 7 окт.

Отправляет с П. М. Свободиным корректуру «Скучной истории» и письмо А. Н. Плещееву, которого просит передать корректуру А. М. Евреиновой «для ноябрьской книжки» «Северного вестника». Извещает Плещеева: «Если не поленитесь заглянуть в корректуру, то увидите, что Ваши указания имели подобающую силу. Не забывайте нас грешных и впредь. <...> У меня ведь только два указчика: Вы и Суворин. Был когда-то еще Григорович, да сплыл». Посылает и стихотворение И. Я. Гурлянда: «Как я ни уверял его, что два раза слово “навоз” в первых строках — слишком жирное удобрение для стихов, он не поверил мне». См. 10 ноября. Письма, III, 257.

И. Я. Гурлянд в письме благодарит за «столь внимательное отношение» к нему. «Я никогда не забуду этой Вашей услуги и прошу Вас считать меня в долгу перед Вами». Сообщает, что послал свою комедию («В сонном царстве») в цензуру. «...Она написана под некоторым влиянием наших, если помните, разговоров. Картинки, сценки, типчики, люди как люди, все немножко хорошие, немножко дурные, сон, карты, еда и т. п. <...> Не то чтобы тогдашние разговоры убедили меня и заставили отрешиться, как Вы выражаетесь, от “рутины”. Нет. <...> Я сделал только опыт. Судя по своему внутреннему чувству, а таковое, как Вы не раз говорили (видите, как хорошо помню я Ваши слова), является лучшим судьей, опыт удался. <...> Несколько раз являлась у меня мысль послать ее к Вам на просмотр до цензуры, но меня каждый раз останавливали не забытые еще мною Ваши же слова: “Давать другим на просмотр свою вещь до напечатания — губить вещь (пример Полонского)”». РГБ; Из архива Чехова, с. 183—184.

К. А. Каратыгина уведомляет Ч. письмом о перемене своего адреса в связи с переездом к сестре, в соседний дом. Напоминает про обещание прислать «портрет». РГБ.

Пьеса «Предложение» поставлена в Казани на сцене Городского театра артистами труппы под управлением В. Б. Серебрякова. Список пьес, окт. 1889, с. 10.

Около 6 октября. Посылает письмо (неизв.) В. В. Билибину. См. 8 октября.

«Чехов известил меня, что Корш отказался ставить моего “Черта”» (водевиль «Добродетельный черт»). Письмо В. В. Билибина Н. М. Ежову от 10 окт. 1889 г. — РГАЛИ, ф. 189, 1, 7, л. 33.

7 октября. П. М. Свободин пишет Ч. из Петербурга: «Разодрали “Лешего” на четыре части и строчим — я, Анна Васильевна, брат Дмитрий и сестра Зинаида. Я уже кончаю 2-й акт, который достался на мою долю. Завтра, в воскресенье, надеемся кончить, а с этого разношерстного экз. отдам переписывать писцам, и как только будет готов еще экземпляр, так вышлю его Вам. <...> Померекайте о финале». «По пути из Москвы прочитал всю “Скучную историю” и, по прочтении, сказал себе, что Вас Л. Толстой недаром назвал “вдумчивым”. Очень-очень хорошо». Сообщает: «У Плещеева был, дома не застал, корректуру и письмо передал, увижусь с ним завтра». РГБ; Переписка, т. 2, с. 44—45.

7 или 8 октября. Ч. посылает П. М. Свободину письмо (неизв.). См. 9 и 10 октября.

7—9 октября. А. С. Лазарев (Грузинский) пишет Н. М. Ежову о его новом рассказе «Ревнивец» и в качестве недостатков отмечает — «заимств<ования> у Чехова». Далее добавляет: «Мне кажется, что теперь ты имеешь право быть изданным Сувориным. Поговори с Чеховым». РГАЛИ, ф. 189, I, 19, л. 395.

8 октября. Ч. в письме к Е. М. Линтваревой просит передать ее брату (Георгию), «что книга “Дидро и энциклопедисты”, изд. Солдатенкова, имеется в продаже и может быть выписана через вокзальную барышню». «Кстати, передайте дамам и барышням всего мира, что после отказа госпож Оффенберг и Луцкевич я потерял всякую охоту быть дамским покровителем. Нет больше мест! Ну их к лешему!» Письма, III, 258.

Ч. хлопотал перед М. А. Сувориным о предоставлении этим дамам места в железнодорожных книжных киосках.

В. В. Билибин пишет Ч.: «Следовательно, Вы скоро будете в Петербурге, уважаемый Антон Павлович? Тогда я лично поблагодарю Вас за Ваши любезные хлопоты. Будьте добры, передайте Коршу, что он глуп, как слоновый пуп, ибо “Обскура” не стоит литературного гроша, а “Черт” все-таки стоит копейку <...> Наконец, если к великому посту “Обскура” у него не пойдет, то не откажите, при случае, отобрать от него цензурованный экземпляр <...> Вы спрашиваете: по скольку водевилей в день я пишу? По два. <...> Насчет Свободина — спасибо. Только не знаю, хватит ли у меня решимости пойти к нему и снести свой “Револьвер”».

«Скажите “Северному вестнику”, что невозможно печатать такую беллетристику, как “Душевные бури”, “Свидание” и пр.» (в №№ 9—10 журнала опубликовано начало повести Н. А. Таль «Душевные бури», продолженные в №№ 11—12, а в № 10 — «психологический этюд» Ник. Кар. «Свидание»). РГБ.

Пьеса «Медведь» поставлена в Петербурге в Народном театре на Васильевском острове — в день торжественного открытия театра и сада при нем. НВ, 9 окт., № 4890; «Московский листок», 12 окт., № 284.

9 октября. П. М. Свободин сообщает, что посылает за переписчиком на машине Ремингтона и если окажется, что будут копии, вышлет Ч. экземпляр бандеролью. «Сейчас бегу в цензуру с оконченным вчера вечером экз. “Лешего”. Переписка поневоле замедлилась: сегодняшний день пропал, ибо вечером в 8 час. директор <И. А. Всеволожский> приглашает меня читать пьесу. Вчера я получил от него письмо, в котором он предлагает пригласить слушать Сазонова и Потехина, а сам пригласит Григоровича; таким образом, один экз., с которого можно было бы спешно переписывать в несколько рук, будет занят у директора, а другой я сейчас несу в цензуру». Пишет: «У Плещеева был. Милый старик обрадовался мне. Все, что Вы поручили, сделал. Относительно денег сделаю сейчас, идя из Главн<ого> управления <по делам печати>». РГБ; Записки ГБЛ, вып. 16, с. 205—206.

С. И. Смирнова-Сазонова записывает в дневнике: «Вечером Николай <Сазонов> у директора на чтении пьесы Чехова “Леший”, которую Свободин хочет поставить в свой бенефис. Говорит, пьеса так слаба, что директор не хочет ее ставить». ЛН, т. 87, с. 305.

10 октября. Пьеса «Леший» разрешена драматич. цензурой к представлению — по рукописи, с вычерками цензора в тексте. Резолюция цензора драматич. сочинений И. П. Альбединского на обложке рукописи, экз. — СПб. ГТБ, № 28573; Алфав. список драматич. соч., разреш. в сент. и окт. 1889 г. с исключениями — «Правительственный вестник», 24 ноября, № 258; «Книжный вестник», № 11, стлб. 582.

П. А. Гайдебуров от лица редакции газ. «Неделя» обращается к Ч. с просьбой: «Не будете ли Вы любезны дать в “Неделю” что-нибудь из Ваших произведений?» РГБ.

Ф. А. Куманин просит Ч. сообщить «для хроники» журнала «Артист» название его «новой комедии». «Уверены ли Вы, что она пойдет в Малом театре, а также что там пойдет “Калхас”?» Просит вернуть «рисунок Пастернака». См. около 10 октября. РГБ.

Ч. отвечает Ф. А. Куманину на вопрос о пьесе («Леший»): «Пока она не пройдет сквозь цензуру и Литерат<урно>-театр<альный> комитет и пока не будет прочитана актерами Малого театра, я ничего не могу сказать Вам с уверенностью. Что же касается “Калхаса”, то в прошлый сезон о нем был у меня с Ленским разговор; собирались ставить и всё откладывали. Теперь же я до поры до времени не хотел бы напоминать об этом ни печатно, ни устно». Пишет о рисунке Л. О. Пастернака, присланном Куманиным, к пьесе «Лебединая песня (Калхас)»: «Рисунок Пастернака очень хорош. Простите, что задержал». Письма, III, 258—259.

О пьесе «Леший» «Петербургская газета» (№ 278) поместила преждевременное сообщение, будто «пьеса эта пойдет в бенефис г. Свободина в Александринском театре 30 октября».

Сообщение было перепечатано другими газетами, в том числе «Таганрогским вестником» (№ 117).

П. М. Свободин сообщает о полученном накануне письме Ч. (неизв.) с поправкой в IV действии «Лешего» и рассказывает о неофициальном заседании Театрально-литературного комитета, состоявшемся также 9 октября: «С большим вниманием слушали первый акт, который я увлеченно читал 45 минут. Замечания относительно живых лиц, характеров, талантливости автора перемеживались с суждениями об отсутствии действия, длиннотах и проч. — Читаю второй акт. Получается большое впечатление, что приписывается также к тому, что я прекрасно передаю автора... (пожалуй, потому, что я сам чувствовал, что был в ударе). Третий акт, вся его буря, один за другим монологи профессора, Лешего, Войницкого и самый финал акта повергли моих слушателей в какое-то недоумение. “Хорошо, поразительно хорошо, но до такой степени странно, — говорили они, — повесть, прекрасная повесть, но не комедия”. — Остался один четвертый акт, чтением которого я уже не столько увлекался, предвидя приговор пьесе импровизированного Комитета. Кончилось чтение. Григорович загорячился... “Странно, для представления на сцене в таком виде невозможно, он любит Вас как родного сына, так писал Достоевский... это что-то такое между “Бесами” и “Карамазовыми”, сильно, ярко, но это не комедия». Что говорил я на все это — предоставляю Вашим догадкам. Остальные три слушателя отзывались спокойнее, как о решенном деле, не переставая признавать достоинства, которые непонятным образом становились недостатками пьесы для представления. Мы разошлись позже 12 часов. Я остался последним, заговорившись с директором <И. А. Всеволожским>. Убеждая меня не ставить пьесу, он с большим участием и сочувствием сказал мне, что я, как первый по очереди бенефициант, могу повредить и себе, и товарищам-бенефициантам, поставивши “Лешего”: приедут в<еликие> князья, он знает их взгляды и вкусы, эта пьеса опять отобьет у них охоту ездить в Русский театр... <...> Милый Antoine, если б мы с Вами были французы и был бы у нас какой-то Antoine, имеющий Théâtre libre <Свободный театр>, то мы не стали бы спрашивать, что нам делать с тем, на что положено столько труда, таланта, души и ума... Теперь больше чем когда-нибудь я убежден, что “Леший” пройдет в Москве превосходно и заслужит то, чего он заслуживает: в Мал<ом> театре в<еликие> князья не бывают». Сообщает, что два экз. «Лешего» <один цензурованный> надеется выслать «в субботу, не позже» (14 октября).

Обращает внимание на рассказ И. Л. Леонтьева (Щеглова) «Кожаный актер», напечатанный в «Новом времени»: «Ж. Щеглов тщательно и последовательно делает свое дело для любимого своего театра, и Вы напрасно с улыбкой говорите о нем. Эта его любовь к театру до такой степени характерная симпатичная черта, что ведь Вы и сами расписались в ней, целиком вставили фразу Щеглова в беседе Кати с профессором: “Позвольте поговорить с Вами о театре!”» («Скучная история», гл. II). Пишет о хлопотах относительно гонорара за постановки «Иванова» и «Предложения». Записки ГБЛ, вып. 16, с. 206—208.

Кирилл С. Мудрый (C. S. Moudrý) в письме Ч. из Сеницы (Моравия) от 22 октября н. с. просит прислать для перевода «Невинные речи», «Пестрые рассказы», «В сумерках» и «Рассказы». «Именно, однако, прошу об рассказах: “Степь” и “Огни”, которые <с>только понравились госп. Скабичевскому, как сообщил в “Литературной хронике” в “Новостях”. Я перевел уж на язык чешский целый ряд русских рассказов и повестей, именно от Тургенева, гр. Л. Толстого, Влад. Короленка, Достоевского, Гнедича, Барансевича, Лихачева, Цебриковой и проч., а критика одобрила очень похвально все мои переводы, что я надеюсь, что и Вы мне ласково позволите перевести свои прелестные рассказы на язык чешский». См. середина октября. РГБ; Вестник истории мировой культуры, 1961, март — апрель, № 2, с. 99.

Пьеса «Медведь» поставлена в Ростове-на-Дону на сцене театра Асмолова артистами труппы под управлением Г. М. Черкасова. Список пьес, окт. 1889, с. 27.

Около 10 октября. Ч. обменивается письмами (неизв.) с Л. О. Пастернаком по поводу его рисунка для «Лебединой песни».

Л. О. Пастернак позднее вспоминал об этом: «...Я невнимательно прочел сценарий, где было сказано, что суфлер с бородой, а я нарисовал его бритым... Мне рассказывали, что, когда Чехов увидел мой рисунок, он тут же “побрил” суфлера, т. е. вычеркнул из манускрипта слова “с бородой”. По этому поводу мы с ним обменялись письмами». См. 14 октября. Л. О. Пастернак. Записи разных лет. М., 1975, с. 41.

11 октября. Ч. получает письмо (б/д) от К. А. Каратыгиной, которая упрекает его в «продолжительном непоявлении» и просит не огорчаться неудачными хлопотами за нее в театре Абрамовой. «Если Соловц<ов> и ответ до сих пор не дает, так не Вы виноваты, я говорила, что он с Вами комедию играет». РГБ. (На письме дата рукой Ч.: 89, Х. 11.)

Пьеса «Предложение» поставлена в Каргополе любительской труппой на сцене Общественного собрания. Список пьес, окт. 1889, с. 12.

Между 11 и 15 октября. Повесть «Скучная история» в корректурных листах послана А. Н. Плещеевым А. С. Суворину. См. 16 октября. Письмо А. Н. Плещеева А. С. Суворину (б/д) — РГАЛИ, ф. 459, I, 1331а, л. 79.

12 октября. Ч. пишет П. И. Чайковскому: «В этом месяце я собираюсь начать печатать новую книжку своих рассказов <“Хмурые люди”>; рассказы эти скучны и нудны, как осень, однообразны по тону, и художественные элементы в них густо перемешаны с медицинскими, но это все-таки не отнимает у меня смелости обратиться к Вам с покорнейшей просьбой: разрешите мне посвятить эту книжку Вам». См. между 16 и 23 марта 1890 г.

«Если Вы вместе с разрешением пришлете мне еще свою фотографию, то я получу больше, чем стою, и буду доволен во веки веков». См. 14 октября. Письма, III, 259.

Пьеса «Иванов» поставлена в Киеве труппой Киевского русского драматического общества. «В заглавной роли пьесы г. Чехова выступит г. Несветов, несколько лет назад принимавший деятельное участие в спектаклях драматического общества и всегда пользовавшийся видным успехом». «Киевлянин», № 223.

Пьесы «Медведь» и «Предложение» упомянуты в подписанном С. Ф. Рассохиным объявлении об имеющихся в продаже новых изданиях Театральной библиотеки — пьес, «кои исполняются в текущем сезоне на сценах императорских и частных театров». «Новые издания Театральной библиотеки С. Ф. Рассохина» — «Вестник...», № 1451.

А. С. Лазарев (Грузинский) в письме Н. М. Ежову советует «хорошенько» отделывать пьесу «Енотовый мопс». «Впрочем, у тебя есть критик Ан. П. Чехов, лучше которого и не сыщешь. Поклон ему». РГАЛИ, ф. 189, I, 19, л. 397.

Около 12 октября. Ч. начинает работу по составлению сб. «Хмурые люди».

12 или 13 октября. Пишет брату Александру Павловичу: «Я спешно приготовляю материал для новой книжки». Просит срочно выслать отсутствующую у него часть рассказа «Житейская мелочь» («Новое время» от 7 июня 1888 г.; в окончательной редакции — рассказ «Неприятность») для включения его в новый сборник. См. 15 октября. Сообщает, что пьеса «Леший» забракована Театрально-литературным комитетом. Письма, III, 260.

13 октября. Пишет А. С. Суворину: «...Я тщательно приготовляю материал для третьей книжки рассказов. Конечно, с книжкой обращусь опять к Вам — это 1 или 2-го ноября, не раньше. Теперь, отдыхаючи, переделываю рассказы, кое-что пишу снова». Сообщает о пьесе «Леший», не одобренной Театрально-литературным комитетом: «О дальнейшей судьбе ее, коли охота, можете узнать от Свободина, лица заинтересованного, и от Григоровича, бывшего председателем того военно-полевого суда, который судил меня и моего “Лешего”. Пьеса забракована. Забракована ли она только для бенефиса Свободина (великие князья будут на бенефисе) или же вообще для казенной сцены, мне неизвестно, а уведомить меня об этом не сочли нужным». Жалеет, что не был за границей: «мне стыдно перед самим собой и Вами, которому я доставил столько хлопот, но в то же время я немножко рад этому. Ведь если бы я поехал, то я завяз бы по уши в долги, вернулся бы только теперь, ничего бы не сделал...». Письма, III, 260—262.

Пьеса «Иванов» поставлена в Самаре на сцене Городского театра труппой русских драматических артистов под управлением П. М. Медведева. Список пьес, окт. 1889, с. 28; «Самарская газета», № 233.

14 октября. У Ч. в гостях П. И. Чайковский.

«Вчера был у меня П. Чайковский, что мне очень польстило: во-первых, большой человек, во-вторых, я ужасно люблю его музыку, особенно “Онегина”. Хотим писать либретто». Письмо Ч. А. С. Суворину от 15 окт. 1889 г. — Письма, III, 264.

Об этой встрече М. П. Чехов сообщал 18 октября в Таганрог Г. М. Чехову: «Был у нас третьего дня в гостях Петр Ильич Чайковский, автор “Евгения Онегина”. Ну что за милый человек! Совсем не похож на брата. Такой приветливый, добрый и, главное, не пищит и не суетится». ГЛМ; ЛН, т. 68, с. 858—859.

Позднее М. П. Чехов вспоминал посещение Чайковским дома в Кудрине: «И когда в середине октября 1889 года судьба дала мне счастье лично увидеть его у нас же в гостях, то это казалось мне чем-то необыкновенным. Он пришел к нам запросто <...> Затем они разговаривали о музыке и о литературе. Я помню, как оба они обсуждали содержание будущего либретто для оперы “Бэла”, которую собирался сочинить Чайковский. Он хотел, чтобы это либретто написал для него по Лермонтову брат Антон. Бэла — сопрано, Печорин — баритон, Максим Максимыч — тенор, Казбич — бас.

— Только, знаете ли, Антон Павлович, — сказал Чайковский, — чтобы не было процессий с маршами. Откровенно говоря, не люблю я маршей.

Он ушел от нас, — и то обаяние, которое мы уже испытывали от него на себе, от этого посещения стало еще больше». Вокруг Чехова, с. 97.

Через несколько часов Ч. получает от Чайковского письмо: «Посылаю при сем свою фотографию и убедительно прошу вручить посланному Вашу! Достаточно ли я выразил Вам мою благодарность за Посвящение? Мне кажется, что нет, а потому еще скажу Вам, что я глубоко тронут вниманием Вашим!» РГБ; Переписка, т. 2, с. 153.

На фотографии Чайковский надписал: «А. П. Чехову от пламенного почитателя». ДМЧ.

Ч. отвечает Чайковскому, отсылая вместе с письмом забытый им портсигар: «Очень, очень тронут, дорогой Петр Ильич, и бесконечно благодарю Вас. Посылаю Вам и фотографию, и книги, и послал бы даже солнце, если бы оно принадлежало мне». Письма, III, 262.

На своей фотографии (К. А. Шапиро, СПб., 1888) Ч. надписывает: «Петру Ильичу Чайковскому на память о сердечно преданном и благодарном почитателе»; на книге «Рассказы» (изд. 2, 1889) — «от будущего либреттиста»; на книге «В сумерках» (изд. 3, 1889) — «от глубоко уважающего автора». Письма, XII, 157—158.

Е. М. Линтварева в письме (б/г) извещает: «К нам доходят восторженные отзывы о Вашей “Скучной истории”, привезла их Антонина Фед<оровна> от слышавших ее у Плещеева, и сам Алексей Ник<олаевич> писал Жоржу. Конечно, мы относимся к этому далеко не хладнокровно, не хладнокровно также ожидаем мы и Вашей пьесы <“Леший”>. Вероятно, Вы сами поедете ставить ее в Петербург. Теперь у Вас опять наступает время пожинания лавр и чрезмерного накопления богатств. Давай Вам Бог!» Передает «глубочайшую благодарность» от Г. М. Линтварева за проявленное «внимание к его просьбам». РГБ.

П. М. Свободин пишет Ч.: «...Спешу переслать Вам вексель конторы Волкова по переводу Вашего гонорара, который я только что получил». РГБ.

Свободин выслал полученный по доверенности от Ч. гонорар за 5 спектаклей «Иванова» в Александринском театре за сент. — окт. 1889 г. на сумму 525 р. 87 коп. по ассигновке Дирекции имп. театров от 12 октября (10% с валового сбора). «Поспектакльная плата авторам. 1889». — ЦГИА СПб., ф. 497, 4, 3303, л. 31; квитанция гербового сбора кассы министерства имп. двора № 38291. — РГБ.

15 октября. К Ч. заходит П. Н. Островский. Просит узнать у А. С. Суворина об издании детских рассказов Н. Н. Островской.

Ч. в письме А. С. Суворину сообщает о визите П. Н. Островского: «Что сказать ему? Если Ваш ответ, данный мне зимою <см. конец января>, остается в прежней силе, то куда посылать рукописи: Вам или Неупокоеву?» См. 17 октября. Спрашивает: «Что с Боткиным? Известие о его болезни мне очень не понравилось. В русской медицине он то же самое, что Тургенев в литературе... (Захарьина я уподобляю Толстому) — по таланту». Письма, III, 263—264.

НВ сообщило 12 октября, что «проф. С. П. Боткин, находящийся в настоящее время за границей, по расстроенному здоровью оставляет свою профессуру в Военно-медицинской академии».

Ал. П. Чехов посылает «просимое» (рассказ «Житейская мелочь»). «Жалко и злобно за то, что цензура забраковала твою пьесу <“Леший”>». Письма Ал. Чехова, с. 233—234.

Пьеса «Медведь» поставлена в Пскове на сцене театра в доме Рачева труппой Товарищества артистов (распорядитель П. А. Максимова). Список пьес, окт. 1889, с. 26.

Около 15 октября. Ч. просматривает полученную из типографии «Нового времени» корректуру материалов медицинского отдела для «Русского календаря на 1890 г. А. Суворина» (видимо, раздел «Лечебные заведения в Москве»). «Собирать теперь необходимые справки поздно. Количество кроватей, плата за больных и проч. — все это неизвестно ни одному календарю и может быть приведено в известность только двумя путями: или официальным порядком, который не в моей власти, или же исподволь, через рассказы врачей и проч., что я помалости и делаю теперь». Письма, III, 263.

Середина октября. К Ч. заходит приехавший из Петербурга на премьеру своей пьесы «Лучи и тучи» В. А. Тихонов. Письма, III, 265, 267.

Тихонов вспоминал, что, приехав в Москву «ровно через год», он «опять заехал к Чехову», который «через час» собирался будто бы «ехать к Толстым чай пить» и предложил ехать вместе, но потом согласился «ждать до восьми с половиной часов». «А я, выйдя от него, малодушно улепетнул в ресторан “Эрмитаж” <...> и долго в полном одиночестве сидел там <...> А вернувшись к себе в гостиницу, я нашел в своем номере записку Антона Павловича, всего три слова: “Вы непролазный трус”». Вл. Тихонов. Антон Павлович Чехов. Воспоминания и письма. — МБ, 1905, № 8; О Чехове, с. 231—233.

О встречах с Ч. в Москве Тихонов припоминал также в письме к нему от 12 февраля 1894 г.: «Помните, как в Москве, в Бучумовских номерах <Троицкая ул., у Самотеки> Вы мне мушку ставили на плечо! Вот и теперь то же самое плечо мучит меня».

Ч. передает Я. А. Корнееву полученное от К. С. Мудрый письмо (от 10/22 октября) «для прочтения» и в шуточной сопроводительной записке рекомендует его как любопытный «образчик чистейшего русского языка». Письма, III, 264.

Артист театра Корша П. Д. Ленский (Оболенский) пишет Ч. (письмо б/д), что хотел было ставить «Лешего» в свой бенефис: «Сегодня вечером появится афиша моего бенефиса. Да не смутит Вас поставленная в хвост ком<едия> “Откуда сыр-бор загорелся”. Эту вещь я выбрал на всякий случай. Если Ваша комедия возвратится из цензуры к четвергу 26-го, то мы успеем поставить ее вместо объявленной “Откуда сыр-бор загорелся” с присоединением сцены Шмитгофа». РГБ.

В день бенефиса П. Д. Ленского 27 октября в театре Корша были поставлены две пьесы: комедия Н. Николаева (Н. Н. Куликова) «Честные намерения» и комедия-шутка В. Александрова (В. А. Крылова) «Откуда сыр-бор загорелся».

П. М. Свободин сообщает В. М. Лаврову: «“Леший”, за которым я ездил в Москву, хлопотал, влез в новый долг для поездки, поднял на ноги цензора, театрально-литер<атурный> комитет, директора, — этот “Леший”, которого я жаждал поставить в бенефис мой, не годится для представления на сцене, не годится, по мнению импровизированного комитета (директор, Григорович, Потехин, Сазонов и я) потому, что в нем нет Крыловских эффектов, пережеванных положений и лиц, глупых, бездарных пошлостей, наводняющих теперь Александр<инскую> сцену. Он скучен, растянут и странен, как и все даровитое и глубокое перед судом ничего не смыслящих людей. Я и сам скажу, как говорил тебе в Москве еще, что “Леший” не комедия по форме, но живые лица, живая речь и характеры, что вся александринская дребедень не стоят и половины пьесы Чехова. Несценичность, в угоду которой расплодилось столько драматических мастеров, поставлена тут также в числе недостатков пьесы. Все это вместе, огорчение Чехова, мои труды и хлопоты, пропавшие даром, заставили меня отказаться от бенефиса...». РГАЛИ, ф. 640, I, 189, лл. 233—234; ВЛ, 1960, № 1, с. 104.

16 октября. О пьесе «Иванов» в театре Корша упоминает Н. Тихонов в газете «Вестник...» (№ 1454). Приведя примеры несоответствующей реакции театральной публики на драматические эффекты пьес в театрах Корша и М. М. Абрамовой, рецензент отмечает, что «при смехе публики умер г. Солонин в Иванове Чехова». «Но это общая участь всех драматических окончаний пиес, появившихся на московских сценах в последний сезон».

П. И. Чайковский пишет брату Модесту Ильичу: «Представь себе, Чехов написал мне, что хочет посвятить мне свой сборник рассказов. Я был у него с благодарностью. Ужасно горжусь и радуюсь». М. И. Чайковский. Жизнь Петра Ильича Чайковского, т. III, M., 1902, с. 326.

17 октября. У Ч. П. Н. Островский, который «притащил целый тюк рассказов своей сестры» для отсылки А. С. Суворину. См. 23 октября. Письма, III, 265.

Ч. пишет А. С. Суворину о «Скучной истории»: «Если я преподношу Вам профессорские мысли, то верьте мне и не ищите в них чеховских мыслей. Покорно Вас благодарю. <...> Где вы нашли публицистику? Неужели Вы так цените вообще какие бы то ни было мнения, что только в них видите центр тяжести, а не в манере высказывания их, не в их происхождении и проч.?» См. 23 октября.

Опровергает сообщенные Сувориным слухи о реальных прототипах пьесы «Леший»: «Не радуйтесь, что Вы попали в мою пьесу. Рано пташечка запела. Ваша очередь еще впереди. Коли буду жив, опишу феодосийские ночи, которые мы вместе проводили в разговорах, и ту рыбную ловлю, когда Вы шагали по палям линтваревской мельницы, — больше мне от Вас ничего не нужно. В пьесе же Вас нет и не может быть; хотя Григорович со свойственною ему проницательностью и видит противное. В пьесе идет речь о человеке нудном, себялюбивом, деревянном, читавшем об искусстве 25 лет и ничего не понимавшем в нем <...> Если бы моя пьеса шла, то вся публика с легкой руки изолгавшихся шалопаев говорила бы, глядя на сцену: “Так вот какой Суворин! Вот какая его жена! Гм... Скажите, а мы и не знали”».

Откликается на выход иллюстрированного календаря «Стоглав» (см. сентябрь): «Ваши сынки подают большие надежды. Цену за “Стоглав” повысили, а объем его убавили. Обещали мне за рассказы бочонок вина и надули, а чтоб я не сердился, поместили мой портрет vis-à-vis с шахом персидским». Письма, III, 265—267.

Пьеса «Медведь» поставлена в Бердянске на сцене Городского театра артистами труппы под управлением М. Л. Кропивницкого; в Могилеве-Подольском на сцене гостиницы Котонова (распорядитель — П. Т. Кадников); в харьковском Драматическом театре труппой Общества русских драматических артистов (режиссер — Э. Г. Лясс). Список пьес, окт. 1889, с. 2, 17, 38.

Пьеса «Предложение» поставлена в Благовещенске на сцене Общественного собрания труппой Товарищества артистов (распорядители — М. К. Шумилин и А. А. Глебов), а также в Казани на сцене Городского театра труппой под дирекцией В. Б. Серебрякова. Список пьес, окт. 1889, с. 3, 11.

18 октября. Пьеса «Лебединая песня» напечатана с авторскими исправлениями в ж. «Артист»: Лебединая песня (Калхас). Драматический этюд в одном действии. А. П. Чехова. Сообщение о выходе в свет журнала — «Новости дня», 18 окт., № 2260.

В том же номере журнала помещено сообщение, что «А. П. Чехов окончил новую 4-актн<ую> комедию, под названием “Леший”».

Там же напечатана статья критика И. И. Иванова (подпись: А.) о пьесе «Иванов»: «Захватывая неисчерпаемую область души человеческой, обнаруживая тонкое знание ее, она указывает на серьезные стремления своего автора. <...> она — плод искреннего и честного творчества автора <...> она представляет несомненно выдающееся явление в современной драматической литературе. Автор ее в последние годы ярко выдвинулся своими талантливыми рассказами, полными большой наблюдательности и тонкого знания человеческой души. Драма г. Чехова, насколько нам известно, первое крупное его произведение, написанное для театра. Оно изобилует теми же достоинствами, которые присущи автору в его повестях, но вместе с тем, будучи написана человеком, талант которого направлен преимущественно к повествовательной форме, она, как нам кажется, отсюда и берет начало всех своих недостатков. <...> Она плохо уложилась в сценические рамки; самая концепция драмы, техническое строение ее мало удовлетворительны: действующие лица появляются и уходят со сцены не по внутренней необходимости, а по желанию автора; в пьесе мало яркости, события часто заменяются рассказами действующих лиц о себе, оценкой одних из них другими и т. д. <...> Самое слабое лицо драмы — ее герой <...> упадок энергии и веры в душе героя по самому свойству его характера является настолько неуловимо постепенным, что изображение такого перелома на сцене почти невозможно: в этом виновата сама тема, избранная автором и более поддающаяся повествовательной обработке <...> Все же остальные лица вырисованы настолько правдиво и жизненно, говорят таким простым, житейским языком, в пьесе так мало условности и театральности, что зритель невольно увлекается развертывающейся перед ним простой картиной человеческой жизни и за эту простоту и правду, от которой нас давно отучили современные драматурги, прощает автору все недостатки драмы. <...> Исполнение такой пьесы представляет много труда именно вследствие чрезмерно детальной вырисовки характеров и чрезвычайно тонкой психической подкладки, но мы с радостью отмечаем тот отрадный факт, что труппа г. Корша, постепенно отлучаемая от серьезной работы, в лице лучших своих представителей с честью вышла из своей задачи».

Там же о пьесе «Иванов» упоминается в рецензии Смоленского на драму Н. Ракшанина «Навстречу счастью». Сопоставляя обе пьесы, рецензент отмечает сходство в построении финальной сцены с самоубийством героя и находит фальшивость в их построении: «Правда, трудно отделаться приличным образом от таких героев, каковы Барцев или Иванов г. Чехова, и их смерть всегда будет вызывать смех у зрителей, потому что она — фальшива и создана целым рядом неправд и лицемерия. Поэтому более всего следует заботиться о правдивой обстановке этой сцены, чтобы не усиливать и без того комического впечатления в зрителях».

М. П. Чехов в письме Г. М. Чехову просит написать про постановку «Иванова» (местной труппой Г. М. Черкасова): «Это всех нас очень интересует. Воображаю, как в вашем театре дурака ломать будут». См. 19 октября и 12 декабря. ГЛМ, ОФ 3640/28; ЛН, т. 68, с. 858.

В. В. Билибин сообщает, что передал водевиль («Револьвер») П. М. Свободину (как советовал Ч.). «Свободны оказался очень милым господином. Впрочем, о пьесе отозвался уклончиво. Лично я с ним еще не виделся». По поручению Н. А. Лейкина просит «не отказать уведомлением» о получении 100 р., высланных «25 августа сего года по адресу в Сумы» (полушутливый текст этой «просьбы» заверен подлинной подписью зав. конторой А. И. Соловьевой). РГБ.

А. Н. Плещеев пишет Ч.: «На днях видел Свободина и спрашивал о вашей пьесе <“Леший”>. Кажется, он уж не намерен ставить в свой бенефис вашей пьесы, так как Всеволожский и Григорович нашли ее несценичной и выразили такое мнение, что великие князья, которые будут, без сомнения, на его бенефисе, могут найти ее скучной. Я ожидал от него более самостоятельности. Он мог ответить, что хотя бы пьеса и оказалась недостаточно интересной на сцене, — но раз автор отдал ему ее — он считает себя обязанным ее поставить. <...> Двоедушный Григорович, впрочем, с похвалой отозвался Суворину о втором акте вашей пьесы... Я, признаюсь, никакой цены не придаю его отзывам... На днях он читал нам (у Вейнберга) с М. Чайковским свою новую повесть <“Рождественская ночь”?>. Первая половина ее туда-сюда, а вторая никуда не годится. Все это так избито, истрепано, шаблонно, устарело, — и анекдотично. Еще о повести он иногда может высказать верное суждение — но о драматическом я от него никогда не слыхал дельного слова. Теперь — когда наш комитет похерили — его будет заменять триумвират из Всеволожского, Потехина и Григоровича (пока самого Потехина не похерят, что, говорят, тоже скоро последует)».

Предлагает напечатать пьесу в январской книжке «Северного вестника». Сообщает: «Вчера я долго сидел у Суворина. Много говорили о вас и вашей новой повести <“Скучная история”>, о Луке, о Линтваревых, о театральных делах и прочем. <...> Некоторые из читавших вашу “Скучную историю”, как напр<имер> М. Д. <Федорова> и Суворины, утверждают, что Катя любит самого старика, ведущего записки? Я положительно этого не заметил в повести».

«Из “Сев<ерного> в<естника>” ушел г. Южаков <...> И весь их кружок с Мих<айловским> во главе — выказался здесь вполне — с своей инквизиторской нетерпимостью. <...> Вероятно, мы лишимся также и сотрудничества Короленко, который падает в прах перед Михайловским и Глебом Успенским; — и для которого Лесевичи и Южаковы также неприкосновенны». Ч. ответил 21 октября. РГБ; ЛН, т. 68, с. 352—353.

П. М. Свободин упрекает Ч. за долгое молчание. «Даже не пишете, получили ли деньги, что я переводил через контору Волкова?» Сообщает о своем отказе от бенефиса в Александринском театре (в связи с неодобрением «Лешего»). «А долгов, долгов — у-у сколько, сколько надежд возлагалось на бенефис, — и все это ухнуло...» Рассказывает о случившемся с ним нервном припадке («Я нравственно надорвался»): «...Ушел в угол, выплакался, высморкался и пошел к инструменту; сел, поиграл, какая-то новая, симпатичная мне мелодия выплыла из-под пальцев <...> Я что-нибудь из нее сделаю вроде вальса, который Вам нравится <...> Намотайте себе на ус, черт Вас возьми, если в таком состоянии мне непреодолимо хочется говорить с Вами, писать Вам и только Вам, и наплюйте на меня, если у Вас хватит силы на это».

Просит обратить внимание на свое стихотворение («Памяти матери»), напечатанное в октябрьской книжке «Русской мысли»: «...Желаю знать Ваше мнение о нем всенепременно и всеоткровенно». Пишет о встречах с И. Л. Леонтьевым (Щегловым) и В. В. Билибиным, о полученном письме от К. С. Баранцевича с приглашением быть у него («Пойду, пойду, будем говорить о Вас, Антоша чудесный...»). Записки ГБЛ, вып. 16, с. 208—209.

19 октября. Ч. посылает П. М. Свободину письмо (неизв.). См. 21 октября.

И. Л. Леонтьев (Щеглов) высказывает недовольство сходством «Трагика поневоле» с его собственной пьесой «Дачный муж»: «Я долго не писал Вам, коварный Антуан, потому что был исполнен чувством ненависти к Вашему “Трагику поневоле”, кстати сказать, превосходно разыгранному актером Бабиковым, очень слабым в трагических ролях, на которые он претендует по преимуществу». Рассказывает о цензурных придирках к его пьесе «Гордиев узел»: «Драма моя забракована цензурой. В любви дворянина к красивой горничной цензура — кто бы мог подумать! — увидела целое революционное начало и подрыв дворянского престижа в России. Но я не теряю надежды обойти запрещение, если сделаю Горича выходцем из купцов или семинаристов! Не потирайте радостно руки, Антуан, что моя театральная увлеченность есть скачка с препятствием! Чем больше препятствий, тем более вырабатывается настойчивость и смелость. Жаль только, что это раздергивает нервы и настолько поглощает человека, что больше ни о чем писать не может и кончает письмо». Ч. ответил 21 октября. РГБ.

Пьеса «Иванов» поставлена в Ростове-на-Дону на сцене театра Асмолова труппой артистов под управлением Г. М. Черкасова. Список пьес, окт. 1889, с. 27.

В рецензии на спектакль говорилось: «Комедия А. Чехова “Иванов” вызвала в печати много разноречивых толков. В ее оценке русская печать разделилась на два диаметрально противоположных лагеря: некоторые вознесли г. Чехова, другие отрицали за ней всякие достоинства. <...> На автора прежде всего посыпалась масса незаслуженных упреков за то, что он, как бы умышленно, создал таких людей, которые в русской жизни совсем не существуют. <...> Между тем, если присмотреться к комедии внимательнее и измерить Иванова общим взглядом — а он по сложности своей натуры заслуживает того — все упреки и обвинения утрачивают под собою почву. <...> Эта “медицинская” драма вполне показывает наблюдательность Чехова, который, очевидно, прекрасно знаком с фазисами душевных заболеваний и в данном случае популярно изложил их. Но помимо этого, значение драмы Чехова “Иванов” сводится к значению мимолетных сценок популярного изложения отрывков из медицинской книги. Если по этой драме нельзя еще делать каких-либо положительных заключений, то подчеркнуть полную способность автора к психологии, кажется, — есть основание. Единственный недостаток драмы — это ее несценичность, недостаток, обнаруживающий плохое знакомство автора с условиями сцены». «Донская пчела», 22 окт., № 82.

Пьеса «Медведь» поставлена в Гродно на сцене Городского театра труппой артистов под управл. М. С. Перлова. Список пьес, окт. 1889, с. 7.

Пьеса «Предложение» поставлена в Ельце на сцене Городского театра артистами труппы под управлением П. А. Соколова-Жамсон. Список пьес, окт. 1889, с. 9.

О рассмотрении пьесы «Леший» Театрально-литературным комитетом сообщается в «Петербургской газете» (№ 287): «...Драма г. Чехова “Леший”, читанная на днях в частном собрании комитета, встретила некоторое колебание в ее постановке. Говорят, будто бы нашли, что это прекрасная драматизированная повесть, а не драматическое произведение».

Сообщение перепечатано 21 октября в газете «Театр и жизнь», № 379.

О пьесе «Трагик поневоле» сообщается, что эту «одноактную новую вещицу Ан. П. Чехова» избрала М. М. Глебова для своего первого бенефисного спектакля в театре М. М. Абрамовой. См. 25 октября. «Новости дня», № 2261.

Аналогичные сообщения и анонсы помещены и в др. газетах.

20 октября. Вечером к Ч. заходят В. А. Тихонов и петербургский адвокат и писатель Ф. А. Червинский.

«Чехов, показавшийся мне усталым, встретил нас просто, без деланной приветливости. Заговорил, прежде всего, о своей пьесе <“Лучи и тучи”> Т<ихонов>, предсказывая ей успех “колоссальный”. Помню, он горячо убеждал Чехова переселиться в Петроград. “Что вы тут киснете! В Москве народ дикий, чумазый пошел, писателю не место”. “Нет уж, голубушки, Боже сохрани, — говорил Чехов хмурясь. — У вас меня сразу в кружки разные втиснут, а тут я сам по себе. В Петербурге мне от литераторов не спастись, а тут я и с купцом поговорю, и с актером”». Ф. Червинский. Встречи с А. П. Чеховым. — «Понедельник Народного слова», 1918, № 4, 13 мая, с. 6.

Ч. вместе с В. А. Тихоновым и Ф. А. Червинским в театре Корша на премьере пьесы Тихонова «Лучи и тучи», поставленной в бенефис Н. Н. Кудриной. В спектакле участвовали также А. Я. Глама-Мещерская, Б. Э. Кошева, Е. Ф. Красовская, Н. А. Гусева, П. М. Медведев, Н. В. Светлов, П. Ф. Солонин и др. Второй пьесой шел одноактный драматический этюд М. В. Корнеева «Женщина-Отелло» с участием Кудриной и Г. И. Мартыновой. Письма, III, 276; «Новости дня», № 2262 и др. газеты.

«В театре Корша <...> я сидел рядом с Чеховым. Он был очень оживлен и предвкушал, по-видимому, удовольствие видеть незамысловатую, но живую и талантливую вещь. Но чем больше возрастал драматизм пьесы, тем больше А<нтон> П<авлович> увядал. <...> Помню, после одной из наиболее фальшивых сцен Чехов хмуро взглянул на меня и сказал с ожесточением: “Сегодня я буду пить большую водку”. Занавес опустился при мертвом молчании». Ф. Червинский. Встречи с А. П. Чеховым.

«Давно мне не приходилось видеть такой бесформенной и невыносимо скучной вещи, как “Лучи и тучи” г. Тихонова. Я не знаю, что обиднее: смех ли, вызываемый драмой, или гробовое молчание в публике, когда актеры силятся во что бы то ни стало рассмешить ее. <...> Когда кто-то из “парадиза” крикнул автора, — весь партер обернулся, улыбнулся и... промолчал». Никс <Н. И. Кичеев>. Театр Корша: «Лучи и тучи» Вл. Тихонова (бенефис Н. Н. Кудриной). — «Новости дня», 23 окт., № 2265.

После спектакля ужинает в ресторане вместе с Ф. А. Червинским и В. А. Тихоновым.

«В ресторан поехали мы вдвоем — Т<ихонов> должен был явиться позже. Мы обменялись замечаниями о пьесе, и я сознался, что несколько смущен: как мы посмотрим в глаза автору? И ему, и нам будет стыдно. Как и следовало ожидать, Чехов оказался лучшим психологом, чем я: “Не смущайтесь, он войдет триумфатором”. И прибавил неожиданно: “А потом скажет, как был балериной в Константинополе”. Почти так и вышло. <...> Чехов слушал молча, а когда Т<ихонов>, увлеченный полетом своей фантазии, переходил границы правдоподобия, — бегло и лукаво поглядывал на меня». Ф. Червинский. Встречи с А. П. Чеховым.

П. И. Чайковский пишет Ч.: «Посылаю Вам билет на Симфоническое собрание Р<усского> муз<ыкального> общ<ества>. Ужасно рад, что могу Вам хоть немножко услужить. Сам не мог завезти, ибо вся эта неделя поглощена у меня приготовлением к 1-му концерту и ухаживанием за гостем нашим Римским-Корсаковым. Бог даст, на той неделе удастся побеседовать с Вами по душе. <...> Предваряю Вас, что билет в случае желания можете передавать кому угодно». РГБ; Переписка, т. 2, с. 154.

«По этому билету наша семья ходила, в том числе нередко бывал и Антон Павлович». Письмо М. П. Чеховой к И. Р. Эйгесу от 11 декабря 1949 г. — РТАЛИ, ф. 613, 7, 531; Е. Балабанович. Чехов и Чайковский, М., 1978, с. 106—107.

Чайковский в качестве директора московск. отделения Русского музыкального общества руководил тогда устройством в зале Благородного собрания симфонических концертов, для участия в которых им были приглашены известные русские и зарубежные дирижеры. 1-й концерт состоялся 21 октября (оркестр под управлением Н. А. Римского-Корсакова), 2-й — 28 октября (п/у П. И. Чайковского; в программе — В.-А. Моцарт, С. И. Танеев, М. И. Глинка), 3-й — 11 ноября (Чайковский дирижировал своим 1-ым фортеп. концертом; солист А. И. Зилоти), 4-й — 9 декабря (п/у А. С. Аренского), 5-й — 30 декабря (п/у К. Клиндворта), 6-й — 6 января 1890 г. (п/у А. Г. Рубинштейна), 7-й — 3 февраля (п/у И. И. Слатина), 8-й — 2 марта (п/у А. Дворжака), 9-й — 7 марта (п/у И. К. Альтани), 10-й — 10 марта (п/у М. М. Ипполитова-Иванова), 11-й — 16 марта (п/у Э. Ф. Направника), 12-й — 23 марта (п/у Э. Колонна).

Пьеса «Медведь» поставлена в Нижнем Новгороде на сцене Городского театра труппой Андреева-Корсакова, а также в Орле на сцене зимнего театра Товариществом артистов под режисс. А. А. Черепанова. Список пьес, окт. 1889, с. 20, 22.

Пьеса «Предложение» поставлена в Коломне (Московской губ.), а также в Новгороде на сцене театра Мерянского. Списки сыгранных пьес. — РГАЛИ, ф. 2097, 2, 686; Список пьес, окт. 1889, с. 20.

После 20 октября. К Ч. заходит Н. М. Ежов, затем — Ф. А. Червинский.

«Как-то вечером я застал у Чехова рыжеватого, приземистого господина <...> Он принес водевиль <“Енотовый мопс”?> и смиренно просил позволения прочесть его вслух. Водевиль был длинный, нудный и серый, как дорожная пыль. Прослушав чтение, Чехов пробормотал что-то неопределенное, потом заговорил по поводу водевилей вообще.

— Ну, вот “Иванов”. Что ж, “Иванов”? Да я из него мог бы десяток водевилей накроить, а из драматических сцен — десяток рассказов, — говорил он с обычной хмурой серьезностью, глядя на нас, и только кончики губ слегка дрожали, да в глазах загорался веселый огонек. — И много выгоднее! Я бы тысячи четыре взял. И ругали бы втрое меньше.

Приземистый господин смиренно слушал, с унылой серьезностью, глядя в рот Чехова. Потом встал, рассыпался в благодарностях за какую-то рекомендацию (Чехов постоянно покровительствовал ему и всюду пытался пристроить) и ушел». Ф. Червинский. Встречи с А. П. Чеховым. — «Понедельник Народного слова», 1918, № 4, 13 мая, с. 7.

Около 20 октября. Ч. встречается с В. В. Мамышевой. Письма, III, 272.

Ч. посылает письмо (неизв.) В. В. Билибину. См. 23 октября.

21 октября. Ч. пишет И. Л. Леонтьеву (Щеглову): «За браконьерство, за охоту по дачным мужьям в Вашем лесу я уже достаточно наказан роком: мой “Леший” хлопнулся и лопнул. Успокойте Ваши щеглиные нервы...». Сообщает, что читал «Кожаного актера» (НВ, 10 окт., № 4891): «Рассказ превосходный. <...> Только на кой черт в этом теплом, ласковом рассказе сдались Вам такие жителевские перлы, как “облыжный”, “бутербродный” и т. п.? <...> Напишите с десяток таких рассказов из театральной жизни, соберите в один томик... Успех будет полный». Радуется, что цензура запретила переделку «Гордиева узла»: «Так Вам и нужно! Это урок: в другой раз не будете покушаться на свои романы и повести». Письма, III, 267—268.

Сообщает А. Н. Плещееву о пьесе «Леший»: «О моей пьесе ни слуху ни духу. <...> А запросов никаких не делаю из осторожности, чтобы запрос мой не был истолкован как просьба или непременное желание венчать себя александринскими лаврами. Я самолюбив ведь, как свинья. <...> “Петерб<ургская> газета” извещает, что моя пьеса признана “прекрасной драматизированной повестью”. Очень приятно. Значит, что-нибудь одно из двух: или я плохой драматург, в чем охотно расписываюсь, или же лицемеры все те господа, которые любят меня, как родного сына, и умоляют меня Бога ради быть в пьесах самим собою, избегать шаблона и давать сложную концепцию». Извещает о работе над «новой книжкой» («Хмурые люди»): «Собираю рассказы и погубил несколько дней на переделку заново некоторых вещей».

Отвечает на вопрос «относительно неверно понимаемых отношений Кати к профессору» в «Скучной истории»: «Уж коли отвыкли от веры в дружбу, в уважение, в безграничную любовь, какая существует у людей вне половой сферы, то хоть бы мне не приписывали дурных вкусов. Ведь если б Катя была влюблена в полуживого старика, то, согласитесь, это было бы половым извращением, курьезом, который мог бы интересовать только психиатра...».

Откликается на известие об уходе С. Н. Южакова из «Северного вестника»: «Уход Южакова — это громадная, незаменимая потеря для тех читателей, которых летом одолевают мухи. Статьи Южакова, как сонно-одуряющее средство, действительнее мухомора». Советует: «Не выпускайте Стасова. Он хорошо читается и возбуждает разговоры. А статья его о парижской выставке <“Северный вестник”, 1889, №№ 9—10> совсем-таки хорошая статья». Замечает о своем настроении: «Живется сносно, изредка выпадают хорошие минуты, а в общем, выражаясь языком биржевиков, настроение вялое». Посылает с письмом два стихотворения Н. Н. Оболонского, который просил «во что бы то ни стало» послать их в «Северный вестник». См. 8 ноября. Письма, III, 268—270.

П. М. Свободин извещает Ч. о «Лешем»: «пьеса цензурой пропущена, цензурованный экз. лежит у меня в столе давно, второй сдан в цензуру в архив, а третий — Вашей рукой — также у меня; есть и четвертый, недописанный, переписку которого я остановил, не желая бросать ни труда, ни денег псу под хвост... Ни о каких запрещениях и неодобрениях речи не было и никакой законной причины для непринятия комедии нет, но... поговорим об этом после. Обнимаю Вас покуда и скажу, что мне от души противно и скверно было читать Ваше хотя бы и шуточное признание в каком-то упадке духа, потери вкуса к деньгам и неравнодушия к пискарям и женщинам. <...> Ну, да я ведь не верю этому настроению, я верю жизни, верю таланту и душе человека, а у Вас все это в добром порядке и теперь, а впереди такое обилие того, другого и третьего, что разве только большей веры в это все недостает для того, чтобы голова вскружилась». Сообщает, что «был вчера у Баранцевича»: «зафилософствовались мы с ним до двух ночи (с 7 вечера). <...> По народной примете, Вы должны были вчера от 7 до 2-х ч<асов> икать невступно». РГБ; Записки ГБЛ, вып. 16, с. 209—210.

О рассказах Ч. пренебрежительно отзывается критик «Дня» (№ 493) К. П. Медведский (псевд. К. Говоров): «Гг. Ясинский и Чехов — один получше, другой похуже — рассказывают нам всякие анекдотики и случаи из того, что было. Так как г. Ясинский талантливее г. Чехова, то у него получаются вещи значительнее и интереснее вещей г. Чехова. Но у обоих этих беллетристов <...> чувствуется в высшей степени важный недостаток — поверхностное и ничтожное знание жизни».

23 октября. Ч. пишет А. С. Суворину о «Скучной истории», продолжая тему предыдущего письма (17 октября): «Я писал Вам не о том, что моя повесть хороша или плоха, а о том, что мнения, которые высказываются действующими лицами, нельзя делать status’ом <основой> произведения, ибо не в мнениях вся суть, а в их природе». Просит разрешить перепечатку своих водевилей («Медведь», «Предложение») из «Нового времени» для ж. «Артист». «...Соглашайтесь не иначе, чтобы водевили были напечатаны с примечанием: “Сей водевиль перепечатывается из такого-то № «Нового времени»”. Иначе выйдет нехорошо — таково мое мнение. Ответьте мне, а Ваш ответ я пошлю “Артисту”. “Артист” не согласен печатать с примечанием». (Ф. А. Куманин все же уступил требованию Ч. — см. около 14 ноября и 1 марта 1890 г.). Пишет, что если бы жил в Петербурге, то напросился бы «в редакторы беллетристического отдела» «Нового времени» и просит: «Если Вас не пугает расстояние и скука, то пришлите мне заказною бандеролью все то беллетристическое, что имеется у Вас под руками и Вами забраковано». См. 1 ноября. Сообщает о визите П. Н. Островского, который послал Суворину «тюк рассказов» своей сестры и «пачку рисунков» (С. С. Соломко). «Рисунки плохи, но сносны. Несколько, по моему совету, забраковано...» См. 28 октября. Пишет, что понравилась критическая заметка Суворина о драме В. Н. Ладыженского «Под властью сердца» (НВ, 21 окт.). В конце письма замечает: «24 декабря я праздную 10-летний юбилей своей литературной деятельности. Нельзя ли получить камергера?» Письма, III, 270—272.

24 декабря — день именин Е. Я. Чеховой. Видимо, в этот день в 1879 г. был написан или отправлен в «Стрекозу» рассказ «Письмо к ученому соседу» (первая достоверно известная публикация).

В. В. Билибин пишет Ч.: «Насчет Вашего “Лешего” я могу допустить одно: что там нет главной роли для Свободина. Во всяком случае, любопытство публики в настоящее время настолько возбуждено, что постановка пьесы в Москве, если не в Петербурге, произведет сенсацию, а так как плохо Вы написать не можете, даже если бы желали, то успех выйдет совсем трескучий». Сообщает: «Цензура прихлопнула пьесу Жана Щеглова “Осмеянная (оскорбленная) любовь”, — как подрывающую значение дворянства. <...> Мы общими усилиями выводили из пьесы дворянский дух». Ч. ответил 24 или 25 октября. РГБ.

Дарственная надпись Н. М. Ежова: «Многоуважаемому Антону Павловичу Чехову от автора. Москва...» — на пьесе: Николай Ежов. Енотовый мопс. Шутка в I действии. Литография московск. Театральной библиотеки Е. Н. Рассохиной. М., 1889. ТМЧ; Чехов и его среда, с. 236.

И. Л. Леонтьев (Щеглов) в письме Ч. делится впечатлением о 13-м представлении «Иванова» (22 октября) в Александринском театре с обновленным составом: «Театр был почти битком и пиеса прошла бы почти прекрасно, если б не Никольский в роли героя. Две замены недурны: Мичурина-Самойлова ведет роль довольно оригинально, а Панчин — Боркин не особенно портит, но Никольский... нет, это я должен буду представить Вам в лицах, что он проделывает в “Иванове”... когда приеду в Москву». Пишет по поводу забракованной Театрально-литературным комитетом пьесы Ч.: «Ваш “Леший” меня очень заинтриговал. И я, и Суворин, и Плещеев твердо уверены, что у “Военно-полевого суда” был насморк и они не расчухали, в чем суть. Впрочем, Вы знаете — до поднятия занавеса ни об одной пиесе нельзя сказать ничего решительного...». РГБ.

24 октября. Ч. днем едет к А. И. Сумбатову-Южину (Леонтьевский пер., дом Н. В. Сорокоумовской) на заседание комитета Общества русских драматических писателей и оперных композиторов.

Сумбатов-Южин утром этого дня писал Ч. о предстоящем собрании: «...Сегодня в 1 час я, Немирович и Александров собираемся у меня обсудить основания нового устава Общества. Ваше присутствие настоятельно необходимо. Будьте такой милый и добрый, не откажите приехать. Другого дня до воскресенья <29-го> никак нельзя выбрать, а между тем вопрос больше чем важный. Жду Вашего ответа...». РГБ (в дате месяц проставлен рукой Ч.).

П. М. Свободин пишет Ч. о намерении выслать ему рукопись «Лешего» в тот же вечер с кондуктором курьерского поезда. См. 25 октября.

Благодарит за «Артиста»: «Скоро ли пришлю, не знаю, а Вы обещайте просмотреть». Просит «непременно и сейчас же» прислать «портрет с подписью! — не признаю никаких оправданий!» О себе рассказывает: «...Часто решительно не спится, несмотря на тяжелую усталость: стихи, стихи мучители жужжат мне в уши <...> А ведь и Вы мне говорили: “Стихов не бросайте, под старость пригодятся”». РГБ; Переписка, т. 2, с. 47—48.

Ч. хлопотал о публикации в «Артисте» очерков П. М. Свободина «Лицедеи» (напечатаны в шести выпусках журнала за 1891—1892 гг.). Об отзыве Ч. по поводу одного из этих очерков («Юбилей») Свободин сообщал Ф. А. Куманину 31 марта 1891 г.: «Я вспоминаю, что А. П. Чехов, читая у меня “Юбилей”, сказал: “Ах, как «Артист» нуждается в таких очерках, жаль, что Вы поторопились отдать его в ”Нов<ое> вр<емя>”». ГЦТМ, ф. 133, 97 459.

Пьеса «Иванов» поставлена в Вологде на сцене Городского театра (дирекция А. М. Семибратова и Л. Л. Печорина). Список пьес, окт. 1889, с. 5.

Пьеса «Медведь» поставлена в г. Остров на сцене Общественного собрания труппой артистов под управлением К. В. Бравича. Список пьес, окт. 1889, с. 23.

Пьеса «Медведь» поставлена в Саратове на сцене Городского театра труппой А. М. Горин-Горяйнова в бенефис Н. С. Вехтера. «Саратовский дневник», № 227; Список пьес, окт. 1889, с. 31.

В отзыве отмечалось, что комедия Ч., «благодаря игре г-жи Романовской и г, Кострюкова, прошла очень живо и смотрелась публикой с удовольствием». «Саратовский дневник», 26 окт., № 229.

24 или 25 октября. Ч. посылает письмо (неизв.) В. В. Билибину. См. 26 октября.

До 25 октября. Ч. дает «Скучную историю» для ознакомления Н. М. Ежову.

Ежов сообщил об этом А. С. Лазареву (Грузинскому), который в ответном письме 26 октября спрашивал: «Где ты взял чех<овский> рассказ о докторе? У него? Мне не пришлось прочесть». РГАЛИ, ф. 189, I, 19, л. 402.

25 октября. Пьеса «Предложение» поставлена в Полтаве на сцене зимнего театра труппой харьковского Товарищества русских драматических артистов. Список пьес, окт. 1889, с. 25.

Пьеса «Трагик поневоле» впервые поставлена в Москве — на сцене драматического театра М. М. Абрамовой в бенефис М. М. Глебовой. Роли исполнили: Толкачов — Н. Н. Соловцов, Мурашкин — М. Л. Гусев. Последующие спектакли (с участием также Зайцева и Раковского в роли Мурашкина): 30 октября; 9, 16 ноября; 14, 29 декабря. Далее см. 18 января 1890 г. Список пьес, окт. 1889, с. 18; нояб. — с. 17; дек. — с. 19; «Вестник...», № 1462 и др. газеты.

«Сегодня г-жа Глебова открывает ряд “именин” у г-жи Абрамовой. Идет, между прочим, новая пьеска г. Чехова. Г-н Чехов теперь в моде. Без его маленькой пьески не обходится ни один выдающийся именинный спектакль, как ни один именинный стол не обходится без пирога». «Новости дня», № 2267.

«Так как спектакль затянулся до второго часа ночи, то пьеска г. Чехова и прошла при почти пустой зале». «Новости дня», 27 окт., № 2269.

П. М. Свободин извещает, что послал «Лешего» с кн. Д. П. Голицыным (Муравлиным), который ехал в Москву. «Вероятно, Вам доставит посылку рассыльный». Сетует, что не прошел в октябре его бенефис, а то бы он «приехал бы в Москву денька на четыре под Рождество»: «Впрочем, думается мне, мы живем не без связи с восходом и заходом солнца, и вся эта Лешиада покажется нам смешною, не пройдет и года. <...> я боюсь, что весь этот “инциндент”, как говорят сумские актеры, отобьет у Вас охоту писать для театра... <...> Да отвратят от Вас музы эту несчастную мысль, если я угадал ее зарождение в Вашей хорошей голове!» Ч. ответил 29 или 30 октября. РГБ; Переписка, т. 2, с. 48—50.

Октябрь, после 25. Ч. передает полученный от П. М. Свободина экземпляр рукописи «Лешего» А. П. Ленскому. См. 1 или 2 ноября. Письма, III, 275.

26 октября. Пьеса «Иванов» поставлена в Перми на сцене Городского театра труппой артистов под управлением П. М. Медведева. Список пьес, окт. 1889, с. 24.

Пьеса «Медведь» поставлена в Оренбурге артистами труппы И. П. Новикова в бенефис Ковровой-Брянской. Роли исполнили: Попова — М. В. Свентицкая. Смирнов — Струйский. Список пьес, окт. 1889, с. 23; «Оренбургский листок», 29 окт., № 44.

Пьеса «Медведь» поставлена также в Полтаве на сцене зимнего театра труппой харьковского Товарищества русских драматических артистов. Список пьес, окт. 1889, с. 25.

Отзыв о пьесе «Трагик поневоле» напечатан в «Новостях дня» (№ 2268): «Новая пьеска г. Чехова, как и все, что выходит из-под пера молодого, талантливого писателя, — очень хорошенькая вещичка. О пьесах г. Чехова один критик-гастроном выразился так: “Пьеса г. Чехова как хорошая сардинка. Вкусна, а еды в ней нет. Смотришь с удовольствием. А просмотрел — будто ничего и не видел”».

27 октября. Ценз. разрешение № 11 ж. «Северный вестник» с повестью «Скучная история».

А. С. Лазарев (Грузинский) в письме Н. М. Ежову высказывает ряд замечаний о его пьесе «Разрыв» и далее пишет: «Подумай сам, потолкуй с Чеховым, прочти ему отрывки или все или просто расскажи сюжет — он тебе может посоветовать дело, указать неверности, промахи и т. п. Я же не понимаю <...>. У меня странные мнения: напр., “Иванов” мне кажется невозможным, а он идет и пользуется успехом. Я не понимаю, как может Иванов говорить со сцены многое, что он говорит с спокойным духом. Верь себе и Чехову». РГАЛИ, ф. 189, I, 19, л. 403.

Пьеса «Иванов» поставлена в Вятке на сцене Городского театра труппой Товарищества артистов под управлением С. С. Степина. Список пьес, окт. 1889, с. 6.

Пьеса «Медведь» поставлена в Симферополе на сцене Дворянского театра труппой Товарищества артистов под управлением М. Л. Крапивницкого. Список пьес, окт. 1889, с. 32.

Пьеса «Предложение» поставлена в Кронштадте на сцене Коммерческого собрания; в Харькове — труппой Общества русских драматических артистов (режиссер Э. Г. Лясс), а также в Херсоне артистами русской драматической труппы (антрепренер К. Г. Лелев-Вучетич). Список пьес, окт. 1889, с. 30, 39.

28 октября. Ч. пишет А. С. Суворину: «“Лешего” я Вам не дам читать из страха, что Вы о нем будете говорить с Григоровичем. <...> Теперь развелось очень много ноющих, пострадавших за правду драматургов. Они мне так надоели и кажутся такими бабами, что мне даже жаль, что я впутался в их кашу и написал пьесу, которой мог бы совсем не писать». Передает просьбу А. И. Сумбатова (Южина) помочь ему книгами и рисунками для готовящейся в Малом театре постановки шекспировского «Макбета». Откликается на публикацию «Маленьких писем» А. С. Суворина, посвященных полемике с «Гражданином» В. П. Мещерского о политике Германии (издатель «Нового времени» защищал «усилия немецкого народа», «необычайную деятельность его государственных людей, его ученых, его техников, его промышленников, всей его интеллигенции, которая у нас далеко еще до этого не дошла»): «Вы пишете, что презреннее нашей либеральной оппозиции ничего выдумать нельзя... Ну, а те, которые не составляют оппозиции? Едва ли эти лучше. Мать всех российских зол — это грубое невежество, а оно присуще в одинаковой степени всем партиям и направлениям». Сообщает, что П. Н. Островский «опять был»: «Он просит Вас поступать с книгой его сестры так, как Вы найдете нужным и лучшим». См. около 20 февраля 1890 г. Заканчивает письмо словами: «Попросите Жителя <А. А. Дьякова> не употреблять в фельетонах слово “аппетит”». Письма, III, 272—273.

К. А. Каратыгина в полушутливом письме Ч. (с припиской актрисы Г. В. Пановой) обращается к нему как «автору Пестрых писем»; пишет, что Панова обижена его обещанием приехать к ней с визитом на 3-ью Мещанскую «только по первопутку»: «...Ей все равно, что Вы модный литератор и адски нарядный». «Приказано приехать в понедельник <30 ок-тября> от 12 до 2-х; просят завиться и надеть розовый галстух». РГБ.

Дарственная надпись С. Н. Филиппова: «Милому Ант. Павл. Чехову на память о симпатии, “в сумерках” зародившейся, под покровом ялтинских ночей окрепшей и пустившей в душе автора столь же глубокие корни, как и та дерекойская орешина, которая скрыла от всезнающего Зильбергроша мистерию с дудочками, жидовками, усами, Нури и пр.» на книге: Сергей Филиппов. По Крыму. Отражения. М., 1889. ТМЧ; Чехов и его среда, с. 390.

О пьесе «Трагик поневоле» (спектакль 25 октября) упоминается в корреспонденции из Москвы, напечатанной в НВ (№ 4909): «Бойко написанная, эта шутка-диалог (почти монолог) не имеет большого сценического интереса».

29 октября. Пьеса «Медведь» поставлена в Бобруйске на сцене театра Эпштейна труппой Товарищества артистов под режисс. И. Абраменко. Список пьес, окт. 1889, с. 3.

Пьеса «Предложение» поставлена в Перми на сцене Городского театра артистами труппы под управлением П. М. Медведева. Список пьес, окт. 1889, с. 24.

29 или 30 октября. Ч. посылает письмо (неизв.) П. М. Свободину и два рукописных экз. водевиля «Свадьба» (для представления в цензуру). См. 31 октября.

30 октября. О пьесе «Лебединая песня», напечатанной в ж. «Артист» (см. 14 октября), упомянуто в обзоре содержания журнала. РВед., № 300.

31 октября. Ч. получает письмо от А. Я. Гламы-Мещерской (б/д): «...Исполняю обещание и посылаю карточку, вполне убежденная, что Вы поторопитесь заменить ее своею...». См. 9 ноября. РГБ (на письме — дата рукой Ч.: 89, X, 31).

А. С. Лазарев (Грузинский) посылает Ч. на просмотр свой водевиль «Старый друг»: «...Если он приличен, передайте его Соловцову или Коршу, кому вздумаете, дабы они поставили его на своих сценах...». Сообщает о намерении писать «субботники» для «Нового времени». «...Ибо сознал правоту Ваших слов: “Писать в «Нов<ом> времени» интереснее, чем писать в «Пет<ербургской> газете»”...» В шутку замечает, что потерял «тысяч около пяти» при крахе банкирской конторы А. Зингера. «Впрочем, не унываю, памятуя Ваш прошлогодний девиз, адресованный мне: “Бодро, старик!”» Ч. ответил 1 ноября. РГБ.

А. С. Лазарев (Грузинский) в ответ на сообщение Н. М. Ежова пишет, что драматургов «вроде Невежиных, Вл. Немиров<ичей>, Тихоновых и т. п. давно бы нужно метлой со сцены; я никак не могу понять Чехова, как он может говорить: “Влад. Немировича избрать бы председателем комитета Общ<ества> драм<атических> писат<елей>”». РГАЛИ, ф. 189, I, 19, л. 404.

Казначей московского Общества любителей российской словесности А. Е. Нос уведомляет Ч.: «5 сентября с/г мною получено двадцать пять рублей на сооружение памятника Н. В. Гоголю, присланные при письме Вашем от 31 августа». РГБ.

П. М. Свободин пишет Ч.: «Если я сказал, что Лешиада покажется нам со временем смешною, то сказал я это совсем не в том смысле, в каком Вы изволили истолковать сие классическое изречение, вот что-с, Ваше Беллетристичество! Все Ваши замечания совершенно справедливы и нельзя с ними не согласиться, но они уясняют самую суть дела, а я говорил только о причинах и следствиях оного; вот почему я и позволил себе назвать их Лешиадой. Что Вы не поняли меня, это ясно из того, что Вы говорите следующее: “Ничего нет смешного в том, что юный литератор написал пьесу, которая не годится для сцены”. А я, как Вам известно, не считаю “Лешего” негодным для сцены. Нет, не это смешно, а смешно мне покажется (и уже показалось) то, что и Вам самому смешно: замечания какого-то “одного” актера в Москве <А. П. Ленского ?> относительно профессора и Лешего. Вот об этом и обо всем подобном я и писал Вам. Здесь директор <И. А. Всеволожский> и Комп<ания>, там “один” актер и его Комп<ания> — вот Вам и причины дела, вот и Лешиада. Видите ли как мило! Вы не решились даже назвать имени Вашего московского знатока бисера. Теперь дальше. Вы пишете, что не будете больше работать для сцены (больших вещей), потому что не находите возможным писать без учителя и опыта. <...> Затем, жалоба Ваша на то, что Вы до сих пор не получили ни одного замечания, которым могли бы воспользоваться — преждевременна: Вы не изъявляли желания и не просили их ни у кого, как видно, кроме того самого “одного” актера, который так великолепно понял Лешего, пустяки порубки леса, взрослый возраст и слезы». Радуется тому, что у Ч., «по-видимому, такое добропорядочное расположение духа»: «и шутите, и спится хорошо на новой кровати, и в симфоническ<ое> собрание ездите — даже пустяки пишете в виде “Свадьбы”, которую я уже прочитал и немножко посмеялся. А кстати: Вы небрежный беллетрист. “Действие происходит в одной из зал кухмистера Андронова” — какого Андронова? Кто его знает и зачем это нужно? По-моему: в свадебной кухмистерской, у свадебного кухмистера или что-нибудь подобное, но общее; а этак Вы цензора испугаете и публику в заблуждение введете». Сообщает, что для бенефиса выбрал комедию А. С. Грибоедова «Студент»: никаких современных сценично пишущих авторов я проводить не желаю». Сетует: «А вы, дяденька, недоброкачественный мужчина. Ни одной моей просьбы Вы не только не исполнили, но даже ни словом и в письмах не обмолвились. Просил я Вас прочитать стихи мои в октябрьской книжке “Рус<ской> мысли” и сказать о них свое мнение, а Вы — ни слова; просил (немедленно даже) выслать Ваш портрет — опять ни слова!» РГБ; Переписка, т. 2, с. 50—52.

Конец октября. Отзыв о «Степи» и «Тине» (в связи со 2-м изд. сб. «Рассказы») напечатан в ж. «Восход» (№ 10). Автор (С. Г.<Фруг>) признает, что Ч. «писатель молодой, несомненно талантливый», «пользующийся вполне заслуженным вниманием и симпатией как со стороны критики, так и среди читающей публики», но одновременно упрекает его «в излишней торопливости в заключениях и выводах в сфере еврейской жизни». По мнению критика, в «Степи» Чехов, изображая семейство еврейского корчмаря, «ушел — увы! — слишком далеко», «больно уж ярки краски, слишком остры углы, слишком резки очертания», «оба брата, и Мойсей, и Соломон, доведены г. Чеховым до крайней степени шаржа». Образ Сусанны в «Тине» — «просто ложь и глупость», так как автор «никаких объяснений не дает ни ее распутству, ни ее алчности». «Соломон в корчме и Сусанна в будуаре, оба они выведены автором как два разных типа “молодого” еврейства, того еврейства, которое вопит-молит о гражданских правах, о свободном доступе в различные сферы труда и деятельности». «Мы убеждены, что со временем, когда г. Чехов выйдет на широкую и светлую дорогу сознательного и серьезного творчества и будет черпать материал из действительности, он найдет в еврейской среде типы куда более привлекательные, чем нарисованные в рассмотренных нами двух его рассказах».

Конец октября — начало ноября. Ч. правит корректуру пьесы «Предложение» для ж. «Артист». На последней странице гранок (ныне утраченной) пишет для типографии или Ф. А. Куманина: «Корректуру прошу впредь присылать с подлинником. Нелишне назвать номер “Нового времени”, а о том, что пьеса шла в Красном Селе, я полагаю, следует печатать не внизу, а наверху». См. около 14 ноября. «Красноярский рабочий», 29 февр. 1940 г., № 49.

7 ноября Ч. сообщал В. А. Тихонову, что «уже видел корректуру ноябрьской книжки».

Октябрь — декабрь. Ч. посылает письмо (неизв.) Г. М. Линтвареву в Сумы.

Линтварев в ответном письме (б/д) извинялся за доставленные хлопоты и благодарил за них: «Луи Блана <“История французской революции”> я получу с наслаждением. “Дидро и энциклопедистов” <Дж. Морлея> я уже выписать поручил. Не знаю, прочитаю ли я на своем веку хотя одну книгу Луи Блана, но меня чрезвычайно интересует, каким образом Луи Блан очистит Робеспьера от всех ужасов террора и докажет, что это самая великая личность во всей революции». Просит известить, куда выслать деньги за Луи Блана, а при поездке в Петербург выполнить мелкие поручения, касающиеся П. М. Линтварева, и передать поклоны А. Н. Плещееву и П. М. Свободину. РГБ.

Введение
Условные сокращения
1860-1873 1874-1875
1876 1877 1878 1879 1880
1881 1882 1883 1884 1885
1886, часть: 1 2 3 4
1887, часть: 1 2 3 4 5
1888, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8
1889, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12
1890, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8
1891, часть: 1 2 3 4
© 2000- NIV