Летопись жизни и творчества А. П. Чехова: 1889 (часть 9)

Введение
Условные сокращения
1860-1873 1874-1875
1876 1877 1878 1879 1880
1881 1882 1883 1884 1885
1886, часть: 1 2 3 4
1887, часть: 1 2 3 4 5
1888, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8
1889, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12
1890, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8
1891, часть: 1 2 3 4

[Летопись жизни и творчества А. П. Чехова]: 1889 // Летопись жизни и творчества А. П. Чехова / Рос. акад. наук. Ин-т мировой лит. им. А. М. Горького М.: ИМЛИ РАН, 2004. — Т. 2: 1889 — апрель 1891. — С. 5—311.


1889

1 сентября. Ч. высылает в Москву на имя А. Е. Носа 25 р., собранных по Подписному листу № 1477 на сооружение памятника Гоголю. См. 31 октября. Почтовая квитанция денежного перевода. — РГБ.

Пьеса «Предложение» поставлена впервые в Москве — на сцене драматического театра Е. Н. Горевой в день открытия сезона. Роли исполнили: Чубуков — Ф. П. Волховской-Лефлер, Наталья Степановна — М. И. Велизарий, Ломов — В. А. Сашин. Последующие спектакли: 3, 11, 12 сентября. Список пьес, сент. 1889, с. 10; МВед., № 241 и др. газеты.

Пьеса «Иванов», назначенная к представлению на сцене Александринского театра (3-й день открытия сезона), отменена «по болезни г. Давыдова» и перенесена на 15 сентября. НВ, 5 сент., № 4856.

Между 1 и 8 сентября. Пьеса «О вреде табака» вышла в свет литографиров. изданием: О вреде табака. Сцена-монолог в одном действии. А. Чехонте. Изд. 2-е, исправленное. Литография московск. Театральной библиотеки Е. Н. Рассохиной (ценз. разр. 30 мая 1889 г.). Отпечатано 110 экз. «Список изданий, вышедших в России с 1-го по 8-е сентября 1889 года». — «Правительственный вестник», 10 окт., № 221; «Книжный вестник», № 10, стлб. 305.

2 сентября. В. С. Лихачев просит Ч. разузнать в редакции ж. «Артист», «на каких условиях принимаются там» пьесы. «Если условия окажутся для меня подходящими, возьмете ли Вы на себя труд передать мою драму <“Жизнь Илимова”> по принадлежности и, по-товарищески, проследить ее дальнейшую судьбу?» См. 5 сентября 1889 г. и 23 февраля 1890 г. Спрашивает: «Издан ли Ваш “Иванов” отдельно? Мне бы хотелось иметь его». Ч. ответил 5 сентября. РГБ.

О постановке «Предложения» в театре Горевой сообщается в заметке, автор которой (П. И. Кичеев?), высказав недовольство исполненной в том же спектакле «Грозой» А. Н. Островского, писал: «Лучшим его, так сказать, “номером” была одноактная комедия А. Чехова “Предложение”. Г-н Сашин на своих плечах вынес этот “пустяк” и искренно заставил смеяться публику <...> В конце спектакля вызывали также и г. Чехова, но и за него выходила почему-то опять г-жа Горева...». «Московский листок», № 244.

О пьесе «Предложение» как о «миленькой вещице А. П. Чехова» упомянуто в отчете об открытии сезона в театре Горевой. «Новости дня», № 2214.

3 сентября. Ч. в письме (неизв.) к А. М. Евреиновой извещает, что «рассказ» («Скучная история») для «Северного вестника» «уже готов», но просит позволения подержать его у себя дома и не высылать ей до следующей книжки. См. 7 сентября. Письма, III, 239.

Ч. пишет А. Н. Плещееву, что хотя закончил «рассказ» («Скучная история»), но просил А. М. Евреинову об отсрочке: «Я хочу кое-что пошлифовать и полакировать, а главное, подумать над ним. Ничего подобного отродясь я не писал, мотивы совершенно для меня новые, и я боюсь, как бы не подкузьмила меня моя неопытность. Вернее, боюсь написать глупость». Рассказывает о новых московских театрах: «Горева и Абрамова долго не продержатся <...> Мне симпатичен Боборыкин, и будет жаль, если он очутится в положении курицы, попавшей во щи. Труппа у него жиденькая, набранная, если можно так выразиться, из элементов случайных. Мечтает он о классическом репертуаре — это хорошо, но что труппа его из классических вещей будет делать черт знает что — это очень скверно». Замечает о Г. М. Линтвареве: «В этом юноше я могу понять только то, что он, несомненно, любит музыку, несомненно, талантлив и хороший, добрый человек. В остальном же прочем я его не понимаю. На что он употребит свою энергию и любовь, неизвестно. Быть может, истратит все на порывы, на отдельные вспышки и этим ограничится». Письма, III, 239—240.

Ч. ночью выезжает в Москву. Письма, III, 239.

«Маша во всю дорогу делала вид, что незнакома со мной и с Семашко, так как с нами в одном вагоне ехал проф. Стороженко, ее бывший лектор и экзаменатор. Чтобы наказать такую мелочность, я громко рассказывал о том, как служил поваром у графини Келлер и какие у меня были добрые господа; прежде чем выпить, я всякий раз кланялся матери и желал ей поскорее найти в Москве хорошее место. Семашко изображал камердинера». Письма, III, 242; Из далекого прошлого, с. 87.

Редактор ж. «Артист» Ф. А. Куманин пишет Ч.: «Нам бы очень хотелось поместить в нашем журнале Вашу 1-акт<ную> шутку “Предложение”. Вообще мы не прочь напечатать все Ваши драматические произведения, хотя бы они и были напечатаны ранее в газетах». Ч. ответил 5 сентября. РГБ.

О пьесе «Предложение» сообщается, что она в театре Горевой «прошла при постоянном смехе публики». РВед., № 243.

О пьесе «Предложение» говорится в заметке об открытии сезона в театре Горевой: «В заключение спектакля шла одноактная вещица А. Чехова “Предложение”, довольно забавная и забавно, хотя не без шаржа, сыгранная гг. Сашиным и Волховским». «Театр и жизнь», № 339. Подпись: Г.

4 сентября. О постановке «Предложения» сообщается в театральной хронике: «Преподнесенная публике в день открытия театра г-жи Горевой, pour la bonne bouche <на десерт>, шутка А. Чехова Предложение была разыграна <...> живо, бойко, весело, что называется, без сучка и задоринки и насмешила до слез взгрустнувшую было публику». «Вестник литературный, политический, научный и художественный», № 1421.

О той же пьесе говорится в статье критика С. В. Флерова-Васильева: «Шедшая в конце спектакля шутка г. Чехова под названием Предложение, очень свежая и милая безделка. <...> Это очень забавная маленькая вещь, написанная с несомненным сценическим талантом, и прекрасно разыгранная гг. Сашиным (Ломов) и Волховским (Чубуков). Роль дочери играет г-жа Велизарий; первый выход ее был очень хорош; в дальнейшем ходе пиесы исполнительница суетилась несколько более, чем нужно». МВед., № 244.

О премьере «Предложения» сообщается в «Новом времени» (№ 4855) в корреспонденции «Из Москвы»: «В заключение шла хорошенькая вещица г. Ан. Чехова “Предложение”; ее бойко и живо разыграли гг. Сашин и Волховский и г-жа Велизарий».

Пьеса «Предложение» охарактеризована рецензентом «Новостей дня» Никсом (Н. П. Кичеев) как «прехорошенький пустячок, не претендующий ни на что другое, как только посмешить почтеннейшую публику». «Новости дня», № 2216.

5 сентября. Ч. возвращается в Москву в дом на Садовой-Кудринской. В день приезда у него «уже были гости». Письма, III, 240, 243.

Отвечает Ф. А. Куманину: «Мое “Предложение” было уже напечатано в “Новом времени”... <см. 3 мая>. Что касается напечатания этой пьесы в “Артисте”, то оно едва ли возможно. Не в моей власти разрешать печатать то, что уже было однажды напечатано в газете и за что мною уже получены деньги. Неловко. Если, конечно, Суворин разрешит перепечатать с соответственным примечанием <...> то я ничего не буду иметь против». См. 9 сентября. «Из всех немногочисленных пьес моих можно напечатать только одну, а именно “Лебединую песню (Калхас)”». См. 9 сентября. Сообщает о желании В. С. Лихачева напечатать в «Артисте» свою пятиактную драму («Жизнь Илимова») и просит уведомить об ответе. См. 7 сентября. Письма, III, 240—241.

Сообщает В. С. Лихачеву, что уже известил Ф. А. Куманина о его желании напечатать в «Артисте» «Жизнь Илимова» и что пьеса «Иванов» отдельно издана не была. «Получил из “Сев<ерного> вестн<ика>” сто экземпляров, но они разлетелись у меня быстро, как дым». См. 8 сентября. Письма, III, 241.

Извещает письмом А. А. Майкова о своем приезде в Москву на случай, если будет созван комитет Общества русских драматических писателей и оперных композиторов. Письма, III, 242.

В. В. Билибин пишет Ч.: «В воскресенье <3 сентября> были со Щегловым в Немецком клубе и смотрели Вашу шутку “Трагик поневоле”. Играл Бабиков и сыграл прекрасно: выучил и разучил роль». Сообщает, что на сцене Александринского театра вместо заболевшего В. Н. Давыдова заглавную роль стал репетировать Л. Я. Никольский: «Одни говорят, что хорошо, другие — что плохо». Намеревается «написать 1-актную шутку “Вторая молодость Иванова” или что-ниб<удь> в этом роде: на сюжет, что Иванов начал себе делать впрыскивания по способу Броун-Секкара, и что из этого произошло. Разрешаете?» Пишет об отъезде Н. А. Лейкина во Францию: «Он уехал в обиде на Вас за то, что Вы не уведомили о получении 100 рублей в Сумах». Уведомляет о написанных им одноактных пьесах: «Похищение Сильфиды», «Танцующий кавалер», «Револьвер», «Добродетельный черт». РГБ.

П. А. Сергеенко пишет Ч.: «На днях мы едем с Надаровым смотреть для тебя “имение”. Если удастся захватить непроданным, то твои родители по гроб будут Бога за меня молить. Есть вода, мельница и все такое. Цена же самая сходная (по рассказам Надарова)». РГБ.

Фельетон Ч. «Вынужденное заявление» перепечатан в «Вестнике...» (№ 1422) со следующим предисловием: «В последнее время у нас расплодилось невероятное число “драматургов”, хотя современные порядочные драматические произведения все наперечет. <...> Чуть не каждый малограмотный малый, не способный перейти из 3-го класса в гимназии в 4-й, уже мнит попасть в “драматурги”. Эту эпидемию заметило “Новое время”, сотрудник коего г. Акакий Тарантулов в следующей пародии едко высмеивает всю пошлость и безграмотность таких “драмоделов”». Далее следовал текст «пьесы» Акакия Тарантулова «Скоропостижная конская смерть, или Великодушие русского народа!»

Дарственная надпись М. П. Чехова: «Антону Павловичу Чехову от автора» — на рассказе «Полтораста верст (История одного путешествия)» (вырезка из ж. «Родник», 1889, № 7, подпись: Богемский). РГАЛИ, ф. 2540; ЛН, т. 68, с. 869.

Около 5—7 сентября. Ал. П. Чехов посылает Ч. из Петербурга письмо (неизв.). См. 9 сентября.

После 5 сентября. Приобретает двухтомник сочинений Г. И. Успенского: Глеб Успенский. Сочинения. В 2-х томах. Изд. 3-ье, Ф. Павленкова. СПб., 1889 («Список изданий, вышедших в России с 16-го по 23-е авг.»). Книги сохранились в библиотеке Чехова. ДМЧ; Чехов и его среда, с. 302.

6 сентября. У Ч. — П. Н. Островский, который просит напомнить А. С. Суворину его обещание издать детские рассказы Н. Н. Островской. См. 7 сентября.

Ч. в письме к Е. М. Линтваревой извещает о благополучном прибытии с семьей в Москву. «В Москве холодно, в комнатах не прибрано, мебель тусклая. Вся душа моя на Луке. Хочется сказать Вам тысячи теплых слов. Если бы было принято молитвословить святых жен и дев раньше, чем ангелы небесные уносят их души в рай, то я давно бы написал Вам и Вашим сестрам акафист и читал бы его ежедневно с коленопреклонением, но так как это не принято, то я ограничиваюсь только тем, что зажигаю в своем сердце в честь Вашу неугасимую лампаду и прошу верить в искренность и постоянство моих чувств». Вместе с письмом высылает свою фотографию. Письма, III, 242—243.

И. Л. Леонтьев (Щеглов) записывает в дневнике: «“Иванова” он <Суворин> раздул невольно, прозрев как художник между строк наброска и черновика драмы. “Иванов” — должен был быть романом или повестью, как “Молотов”, “Рудин” и т. п.». ИРЛИ, № 1416; ЛН, т. 68, с. 481.

О постановке «Предложения» упоминает в петербургской газете автор корреспонденции «Из Москвы» как об «очень бойко, жизненно разыгранном» произведении. «Новости и Биржевая газета», № 245.

После 6 сентября. Вышла 1-я книга театрального, музыкального и художественного журнала «Артист» (изд. Ф. А. Куманин); ценз. разр. 6 сентября. Имя Ч. приведено на обложке в числе лиц, принимающих участие в журнале.

Аналогичные объявления помещены также в «Новостях дня» 9 сент., в «Театре и жизни» 10 сент., в «Будильнике» 17 сент., в «Вестнике...» 2 окт.

7 сентября. В письме А. А. Суворину Ч. напоминает про обещание А. С. Суворина издать рассказы Н. Н. Островской и просит, ввиду отъезда Алексея Сергеевича за границу, дать ответ — «что делать: ждать ли Островской возвращения Алекс<ея> Серг<еевича> или высылать материал для набора...» См. середина сентября.

А. М. Евреинова и А. Н. Плещеев в телеграмме (неизв.) просят Ч. ускорить присылку «Скучной истории» для включения в октябрьскую книжку «Северного вестника». Письмо А. Н. Плещеева Ч. от 12 сент.

Ч. отвечает А. М. Евреиновой относительно высылки «Скучной истории»: «Ваша телеграмма застала меня врасплох <...> Послав Вам письмо <3 сентября>, я успокоился и, занявшись обработкой своей вещи, исковеркал ее вдоль и поперек и выбросил кусок середины, и весь конец, решив заменить их новыми. <...> Не могу я послать Вам того, что кажется мне недоделанным и не нравится. Вещь сама по себе, по своей натуре, скучновата, а если не заняться ею внимательно, то может получиться, как выражаются французы, черт знает что.

Возможна только одна комбинация, очень неудобная для меня и для редакции и которою можно воспользоваться только в случае крайней нужды. Я разделю свой рассказ на две равных доли: одну половину поспешу приготовить к 12—15 сентября для октябрьской книжки, а другую вышлю для ноябрьской. <...> Если согласны на такую комбинацию, то дайте мне знать.

Сюжет рассказа новый: житие одного старого профессора, тайного советника. Очень трудно писать. То и дело приходится переделывать целые страницы, так как весь рассказ испорчен тем отвратительным настроением, от которого я не мог отделаться во все лето. Вероятно, он не понравится, но что шуму наделает и что “Русская мысль” его обругает, я в этом убежден».

«Моя фамилия благодарит Вас за поклон (в телеграмме) и шлет Вам самый сердечный привет». См. около 10 сентября. Письма, III, 243—244.

Ф. А. Куманин отвечает Ч.: «Помещение Ваших вещей у нас вторично, конечно, не может составить конкуренцию “Нов<ому> врем<ени>” <...> Я думаю, что Вам будет очень полезно поместить их все снова у нас, т. к. журнал наш будет попадать в руки именно тех людей, от которых зависит постановка пьес, т. е. артистов, антрепренеров и любителей <...> Помещать Ваши веши у нас Вам выгоднее, чем даже издавать их отдельно, т. к. книгу еще кто купит, а журнал получают подписчики». Просит прислать «Лебединую песню (Калхас)»: «поместим с удовольствием». «Надеюсь, по соседству, зайдете к нам. Завтра получите № 1, которым, я уверен, Вы останетесь довольны и тогда, б<ыть> м<ожет>, не откажете нам в давнишней просьбе поддержать наш журнал». Положительно отвечает на вопрос о сотрудничестве В. С. Лихачева в «Артисте» (см. 8 сентября). Ч. ответил 9 сентября. РГБ.

8 сентября. Сообщает В. С. Лихачеву о полученном от Ф. А. Куманина согласии на его сотрудничество в «Артисте». Письма, III, 245—246.

Н. А. Лейкин упрекает Ч. за молчание, просит подтвердить получение ста рублей (высланных в Сумы 25 августа) и ответить, согласен ли Д. М. Городецкий на предложенные условия. «Маленький вопрос: отчего Вы, когда пишете мне письма, не отвечаете на сделанные в моих письмах вопросы? Между прочим, я спрашивал Вас, где Вы будете жить зиму — с своими в Москве или, как хотели, один в Петербурге, но Вы мне на это не ответили». РГБ.

А. А. Суворин пишет Ч.: «Счастливы Вы, что не купили хутора; посмотрел бы я, как это Вы все бы устроили так, что все явилось бы у Вас потихоньку и полегоньку без расходов и разочарований! Ведь это Вы обещали за себя!» Обещает послать из Феодосии «два бочонка вина» — в подарок за отданные в «Стоглав» рассказы («Беглец» и «Шампанское»). РГБ.

Пьеса «Медведь» поставлена в Харькове для открытия зимнего сезона на сцене Драматического театра труппой Товарищества драматических артистов. Повторный спектакль — 30 сентября. «Харьковские губ. ведомости», № 231 и 30 сент., № 251; ПГ, 9 сент., № 247; Список пьес, сент. 1889, с. 23, 24.

В отзыве о спектакле (10 сент.) говорилось, что «была поставлена очень грациозная комедия Чехова “Медведь”, в которой в роли безутешной вдовушки выступила г-жа Вронская. <...> В роли помещика Смирнова (медведь) выступил г. Неделин и на этот раз был в особом ударе. Игра его вызывала громкие аплодисменты».

9 сентября. Ч. отвечает Ф. А. Куманину и посылает «Лебединую песню» для напечатания в «Артисте». См. 14 октября. Вопрос о публикации напечатанной в «Новом времени» пьесы «Предложение» просит отложить до возвращения А. С. Суворина из-за границы. См. 23 октября. Письма, III, 246.

Пишет брату Александру Павловичу: «Во-первых, напрасно ты извиняешься за долг; должен ты не столько мне, сколько Маше, да и не в долгах дело <...> во-вторых, напрасно ты обвиняешь Суворина в какой-то ошибке, заставляющей тебя ныне бедствовать; напрасно, ибо мне из самых достоверных источников известно, что ты сам просил у него жалованье за 2 месяца вперед...». См. 9 июня. «Супружнице своей вместе с поклоном передай прилагаемое письмо...» (неизв.). Письма, III, 246—247.

О пьесе «Предложение» упоминает критик И. И. Иванов в статье, напечатанной в ж. «Артист» (кн. 1, сентябрь): «Шутка г. Чехова “Предложение” — одна из лучших, виденных нами. Г-жа Велизарий и Сашин очень понравились нам: их ссоры, припадки сердцебиения у артиста дышали неподдельным юмором и правдивостью».

Сообщение о выходе в свет журнала — «Новости дня», 9 сент.

10 сентября. В. А. Тихонов пишет Ч. «всего несколько строк», потому что не знает, где он. «Но я об Вас соскучился искренно. Откликнитесь!» Ч. ответил 13 сентября. РГБ.

Около 10 сентября. А. М. Евреинова отвечает Ч. телеграммой (неизв.) об отсрочке с публикацией «Скучной истории»: «Да будет по Вашему желанию. Отложим». Письма, III, 248.

11 сентября. Ч. представляет в управление участкового пристава вид на жительство («Аттестат» Московского университета от 15 ноября 1884 г.), где отмечено: «1889 г. 11 сентября Арбатской ч<асти> I учас<тка> по дому 128 Корнеева явлен и записан на квартире». РГАЛИ.

А. С. Лазарев (Грузинский) пишет Н. М. Ежову: «Будешь у Ант<она> Павловича, поклонись ему». РГАЛИ, ф. 189, I, 19, л. 388.

В. А. Тихонов записывает в дневнике: «...Ан. Пав. Чехов ярко светится между нами своим симпатичным, своим свежим талантом <...> Головой выше стоит он своих худосочных современников. “Маститые” ухаживают за ним... А Соймонов в могиле и не может порадоваться... не может убедиться, что он прав был, когда в неизвестном Чехонте прозрел будущую силу...». ЛН, т. 68, с. 496.

11 или 12 сентября. Ч. в театре Е. Н. Горевой на 3-м или 4-м представлении «Предложения».

«Театр Горевой такая чепуха! Сплошной нуль. Таланты, которые в нем подвизаются, такие же облезлые, как голова Боборыкина, который неделю тому назад составлял для меня почтенную величину, теперь же представляется мне просто чудаком, которого в детстве мамка ушибла. Побеседовав с ним и поглядев на дела рук его, я разочаровался...» Письмо А. Н. Плещееву от 14 сентября. — Письма, III, 249.

«Но Горева ужасно плоха. Я был раз в ее театре и чуть не околел с тоски. Труппа серая, претензии подавляющие». Письмо А. С. Суворину от 17 октября. — Письма, III, 265.

Боборыкин позднее вспоминал: «На репетиции своей комедийки он не попал (где он жил тогда — я не помню); но у меня остался в памяти один разговор где-то в партере или в одном <из> коридоров театра». П. Д. Боборыкин. Встречи с Чеховым (Из запаса памяти). — Машинопись. РГАЛИ.

12 сентября. Пьеса «Предложение» поставлена впервые на сцене Александринского театра в Петербурге. Роли исполнили: Чубуков — К. А. Варламов, Наталья Степановна — М. Г. Савина, Ломов — П. М. Свободин.

Последующие спектакли (в которых в роли Натальи Степановны выступали также М. В. Ильинская и Т. И. Горбунова, а в роли Ломова — С. Н. Дмитриев) состоялись: 17 сент., 29, 31 дек. 1889 г.; 8, 11, 15 (?), 17 (?), 22 янв., 6, 9 (утро), 11 февр., 17 апр. 1890 г. Далее см. 9 октября 1890 г. НВ, № 4863 и др. газеты.

О возобновлении пьесы «Иванов» в театре Корша «в самом непродолжительном времени» «в новой редакции и с новым распределением ролей» сообщается в московских газетах. См. 15 сентября.

О пьесе «Предложение» (спектакль 11 сентября) упомянуто в театральном обозрении: «В заключение опять разыгрывали чеховское “Предложение”. Миловидная г-жа Велизарий и гг. Сашин и Волховской прекрасно исполнили свои роли. Публика оценила и шумно им хлопала. Но публики все же было очень мало». «Новости дня», № 2224.

А. Н. Плещеев просит прислать «Скучную историю» для октябрьской книжки «Северного вестника»: «Хотя я очень понимаю, что вам хотелось бы подольше посидеть над отделкой вашей повести, — но не могу не просить вас — убедительнейше — пришлите ее хоть к 18. Мы без вас пропадем. Ведь подписка приближается; а у нас пока ничего сколько-нибудь художественного, тонкого “для знатоков” нет в беллетристике». Сообщает, что В. Г. Короленко «ничего не прислал»; высказывает недовольство последними его произведениями — «С двух сторон (Рассказ о двух настроениях)» и «Птицы небесные». «Знаете ли, мне кажется, что он дальше не пойдет. Сколько уж времени он все на одном месте топчется». Просит писать: «Ужасно мне скучно без ваших писем». Ч. ответил 14 сентября. РГБ; ЛН, т. 68, с. 347—348.

Е. К. Сахарова в письме из Звенигорода сообщает Ч. о своем желании вернуться на сцену: «Еще летом у меня мелькала мысль даже обратиться к Вам за помощью и как сильного и влиятельного человека в театр<альном> мире попросить Вашего содействия для поступления в один из многочисленных частных театров Москвы, но потом подумала и оставила эту мысль, не будучи уверена, захотите ли Вы действительно сделать что-нибудь и не желая утруждать Вас... <...> Моя мечта — все-таки в конце концов попасть в один из казенных театров, это почти что немыслимо <...> Муж предполагает снять для меня одну из клубных сцен Питера, поставить все дела на разумных началах, подобрать подходящий, талантливый кружок актеров, и только при этих условиях находит возможным допустить меня до сцены. <...> Хотела бы поподробнее с Вами посоветоваться об этом, но не знаю, удастся ли видеться в Москве». Просит принять «с радушием и любезностью» подателя этого письма, некоего М. А. Ашкинази, которого она рекомендует как хорошего знакомого: «В случае, у него будет до Вас просьба, то не откажите и посодействуйте, в чем найдете возможным. Зная Вашу доброту, рискую обратиться к Вам и направляю этого молодого человека, надо прибавить, Вашего горячего поклонника». РГБ.

Ч. удовлетворил просьбу Сахаровой — хлопотал о ней перед А. С. Сувориным, который принял горячее участие в ее планах поступить на сцену и предоставил возможность пожить в его доме. Письма, IV, 59; письмо Е. К. Сахаровой к Ч. от 28 января 1890 г.

Смысл просьбы Ашкинази Сахарова поясняет в своих воспоминаниях: «...имел большое тяготение к литературе и написал драму и с ней и с моим письмом поехал в Москву к Чехову». Е. К. Сахарова (Маркова). Воспоминания об А. П. Чехове. — РГАЛИ.

М. П. Чехов сообщает в письме Г. М. Чехову: «Основались мы вполне. Дачная жизнь мало-помалу стала забываться. <...> Антоша все пишет и пишет...». ГЛМ, ОФ 3640/27.

После 12 сентября. Пишет Е. К. Сахаровой (письмо неизв.) по поводу визита к нему М. А. Ашкинази.

Сахарова вспоминала, что в этом письме Ч. просил найти и прочесть его рассказ «Драма» (1887). «Оказалось, это рассказ, в котором сочинитель, которому тоже читает автор свое произведение, кидается на него с пресспапье и, кажется, убивает его; и потом А<нтон> П<авлович> много раз поминал при свиданиях моему мужу, как я здорово его подвела этой драмой». Е. К. Сахарова (Маркова). Воспоминания об А. П. Чехове. — РГАЛИ.

13 сентября. К Ч. заходит П. Н. Островский, заставший у него петербургского помещика Н. М. Соковнина. «Петр Н<иколаевич> умный и добрый человек; беседовать с ним приятно, но спорить так же трудно, как со спиритом. Его взгляды на нравственность, на политику и проч. — это какая-то перепутанная проволока; ничего не разберешь. Поглядишь на него справа — материалист, зайдешь слева — франкмасон. Такую путаницу приходится чаще всего наблюдать у людей, много думающих, но мало образованных, не привыкших к точным определениям и к тем приемам, которые учат людей уяснять себе то, о чем думаешь и говоришь». Письма, III, 249.

Ч. пишет В. А. Тихонову о «Скучной истории»: «Кончил длинную повесть. Вещь тяжеловесная, так что человека убить можно. Тяжеловесна не количеством листов, а качеством. Нечто неуклюжее и громоздкое. Мотив затрагиваю новый». Рад, что увидит Тихонова на постановке его пьесы «Лучи и тучи», о которой слышал от Корша. «Корш говорил, что Ваше “Без коромысла и утюга” будет еще идти у него; пойду поглядеть, так как еще не видел». Письма, III, 247.

К. А. Каратыгина, узнав от своей сестры Н. А. Гусевой (артистки театра Корша) о приезде Ч. в Москву, обращается к нему в письме с просьбой прийти («сегодня до 6 час. и завтра от 11 до 1 ч. и от 2 до 7») поговорить о деле: «Хлопотала на императорскую и получила отказ. Теперь хлопочу к Абрамовой и боюсь тоже получить отказ. <...> Вспомнила, что Вы хороши с Соловцовым, он же режиссер у Абрамовой, поэтому я возымела надежду, что Вы не откажете за меня похлопотать». Просит «принести обещанную карточку фотографич<ескую>». РГБ.

13 или 14 сентября (?) Посещает К. А. Каратыгину на ее московской квартире (Столешников пер. д. Корзинкина). Обещает переговорить с Н. Н. Соловцовым об ее устройстве в театр М. М. Абрамовой.

«...Пришел ко мне, принес торт и сделал выговор, зачем не иду к нему». К. А. Каратыгина. Воспоминания об А. П. Чехове. — ЛН, т. 68, с. 580.

14 сентября. Ч. в письме А. Н. Плещееву благодарит за согласие А. М. Евреиновой отложить срочную присылку «Скучной истории»: «Вы поймете всю цену и прелесть этого ответа, если вообразите себе г. Чехова, пишущего, потеющего, исправляющего и видящего, что от тех революционных переворотов и ужасов, какие терпит под его пером повесть, она не становится лучше ни на единый су. Я не пишу, а занимаюсь пертурбациями. В таком настроении, согласитесь, не совсем удобно спешить печататься. <...> Но льщу себя надеждою, что Вы увидите в ней два-три новых лица, интересных для всякого интеллигентного читателя; увидите одно-два новых положения. Льщу себя также надеждою, что мое дерьмо произведет некоторый гул и вызовет ругань во вражеском стане». Отвечает на суждение Плещеева о Короленко: «Что касается Короленко, то делать какие-либо заключения о его будущем — преждевременно. Я и он находимся теперь именно в том фазисе, когда фортуна решает, куда пускать нас: вверх или вниз по наклону. <...> Мне хочется верить, что Короленко выйдет победителем и найдет точку опоры. На его стороне крепкое здоровье, трезвость, устойчивость взглядов и ясный, хороший ум, хотя и не чуждый предубеждений, но зато свободный от предрассудков. Я тоже не дамся фортуне живой в руки. Хотя у меня и нет того, что есть у Короленко, зато у меня есть кое-что другое. У меня в прошлом масса ошибок, каких не знал Короленко, а где ошибки, там и опыт. У меня, кроме того, шире поле брани и богаче выбор; кроме романа, стихов и доносов, я все перепробовал. Писал и повести, и рассказы, и водевили, и передовые, и юмористику, и всякую ерунду, включая сюда комаров и мух для “Стрекозы”». Письма, III, 247—249.

И. Л. Леонтьев (Щеглов) пишет Ч. о предстоящей премьере «Иванова» в Москве: «Завтра у Корша идет Ваш “Иванов”. Браво! Браво! Браво!! Для меня коршевское испол<нение> “Иванова” имеет двойной интерес. Если Солонин справится с ролью Иванова, то тем легче удастся ему роль Горина — и моя только что оконченная переделка “Г<о>р<диева> уз<ла>” могла бы отлично пройти у Корша, именно у Корша, потому что, кроме Петербурга, нигде не разойдется она так складно <...> Ах, Москва, Москва! <...> Какая пожива у вас для театрала! <...> Снова опять весь горю театральным пламенем, хотя и чувствую, что самосожигаюсь как беллетрист. <...> Милый! Пришлите афишу “Иванова” и секретный отзыв об игре». Передает «большой поклон от Билибина». «Ежели б его цензура не запрещала, он являл бы миру еженедельно по водевилю. Тут не без чёрта, и потому его “Чёрта” я считаю самым удачным и искренним произведением!» Ч. ответил 18 сентября. РГБ.

В отзыве С. Н. Филиппова о постановке «Предложения» в театре Горевой говорится: «Это очень милая и веселая вещица. В ней масса неподдельного юмора и искренности, заставляющей забывать о некотором ее шарже». «Русский курьер», № 252.

В печати сообщается о подготовке IV международного тюремного конгресса 1890 г. и тюремной выставки, на которой в русском отделе «будет между прочим отведено место Сахалину с его каторгой». ПГ, 14 сент., № 252.

14 или 15 сентября. Ч. в письме (неизв.) П. Д. Боборыкину требует снять «Предложение» с репертуара в театре Е. Н. Горевой. См. 16 сентября. Письма, III, 250.

Видимо, в том же письме обещает не отдавать пьесу другим московским театрам в течение всего текущего сезона. Письма, IV, 9.

«Чехов был очень впечатлителен как автор, что-то такое он мне писал на эту тему, недовольный актерами». П. Д. Боборыкин. Встречи с Чеховым (Из запаса памяти). — Машинопись. РГАЛИ.

15 сентября. Первое представление «Иванова» в Москве на сцене Русского драматического театра Корша (в измененной редакции и с новым распределением ролей). Роли исполнили: Иванов — П. Ф. Солонин, Анна Петровна — А. Я. Глама-Мещерская, Шабельский — П. Д. Ленский, Лебедев — П. М. Медведев, Зинаида Савишна — Н. Н. Кудрина, Саша — М. А. Потоцкая, Львов — Л. К. Людвигов, Бабакина — Б. Э. Кошева, Косых — Ф. П. Вязовский, Боркин — Н. В. Светлов, Авдотья Назаровна — Е. Ф. Красовская. Последующие спектакли: 18, 20, 28 сент.; 3 окт. Список пьес, сент. 1889, с. 10; МВед., № 255 и др. газеты.

В связи с премьерой «Иванова» в «Новостях дня» помещена заметка: «Ан. П. Чехов — замечательно талантливый человек. С этим согласны все. У г. Чехова есть только один неприятель — это “Иванов”. <...> Два года назад все ждали “Иванова” с большим нетерпением. “Иванов” появился и произвел недоумение. Половина публики надорвала горло, отхлопала руки, вызывая “а-а-авт-торрр-а-а-а”, — другая половина саркастически улыбалась и даже пошикивала. <...> С тех пор г. Чехов своего “Иванова” немножко постриг, побрил, пригладил и сегодня представляет его публике “во втором издании”. <...> Критика к “Иванову” отнеслась так же, как публика. <...> Что же такое “Иванов” на самом деле? Несомненно одно: что это произведение все-таки выдающееся. Об нем так много говорят. Вещи слабые и плохие забывают прежде, чем успеют написать о них две строки». «Новости дня», № 2227.

Пьеса «Иванов» идет первый раз в сезоне на сцене Александринского театра с частично обновленным составом: в роли Иванова (ввиду болезни В. Н. Давыдова) — Л. Я. Никольский, Боркина — А. С. Панчин. Следующие спектакли — 19, 21 сент.; I, 10, 22 окт. Далее см. 17 сентября 1897 г. «Новое время», № 4866 и др. газеты.

15—16 сентября. В. В. Билибин в письме сообщает Ч., что «“Предложение” шло на этой неделе в Александринке» (12 сентября). «Третьего дня у меня был Щеглов, болтали, вспоминали о Вас». Посылает свой водевиль «Камера-обскура», просит «проглядеть пьеску» и «если годится, подкинуть кому-ниб<удь> из московских антрепренеров». Просит узнать у Ф. А. Куманина «о положении» с водевилем «Добродетельный черт» и «замолвить словечко» перед Ф. А. Коршем о знакомой «молодой актрисе» на бытовые роли. Ч. ответил в начале октября (письмо неизв.). РГБ.

17 ноября Билибин писал Н. М. Ежову: «Я вспомнил, что Ант. Чеховым была передана Коршу моя пьеска “Камера-обскура” и поэтому просил М. П.<Чехова>, при случае, навести справки о ее судьбе <...> Обратиться к Коршу с этим делом через Михаила Чехова я считал удобным потому, что сам же Михаил, как выяснилось в разговоре, и носил пьесу Коршу». РГАЛИ.

15 или 16 сентября. Ч. в письме (неизв.) Ф. А. Коршу, которому он ранее передал право на постановку «Медведя», сообщает о желании театра М. М. Абрамовой поставить пьесу у себя (туда из театра Корша перешли прежние исполнители — Н. Д. Рыбчинская и Н. Н. Соловцов). См. 17 сентября.

Середина сентября. К Ч. в дом на Садовой-Кудринской впервые приходит К. А. Каратыгина.

«Собралась. Иду и рисую в воображении, как живет модный литератор... А вот каков был рабочий кабинет у “восходящей звезды”. Из двери направо по стенке — рабочий стол, на нем направо — рукопись, чернильница, перья, карандаши и несколько фотографий знаменитых писателей без рамок. Над столом — картина его любимца Левитана — грустная серая река в грустных серых берегах <...> Несколько стульев. На полу — две малороссийских плахты. <...> За дверью в другую комнату я услыхала шорох. “Там, — говорит, — моя тайная канцелярия. Там мой братишка Миша переписывает мое писание”. “Вот, — говорит, — пишу большую вещь <“Скучная история”>, заставляют. Восемьдесят листов. Говорят, надо писать большое, не закисать на мелочи. Боюсь. Что-то выйдет из этого”. <...> В разговоре я спросила его: <...> “Отчего, скажите, несмотря на то, что в большей части ваших рассказов вы можете мертвого рассмешить, везде у Вас звенит какая-то скорбная струна?” Тогда он серьезно сказал: “А что же на свете веселого, сударыня моя, покажите пальчиком”. Он все подводил меня к картине Левитана. Сделает из руки трубочку и любуется. “Посмотрите, посмотрите! Какая красота!”» К. А. Каратыгина. Воспоминания об А. П. Чехове... ЛН, т. 68, с. 580—581.

Ч. получает от А. А. Суворина письмо-записку (неизв.) относительно издания рассказов Н. Н. Островской с просьбой подождать возвращения из-за границы А. С. Суворина. Этот ответ посылает вместе со своим сопроводительным письмом (неизв.) П. Н. Островскому. См. 18 сентября.

16 сентября. П. Д. Боборыкин пишет Ч.: «Я передал Горевой Вашу просьбу. Она, разумеется, недовольна и даже обвиняет меня в том, что я не договорился с Вами подробнее об условиях, о чем — как Вы помните — я и хотел договориться в тот вечер, когда Вы навестили меня в театре. Препятствовать она Вам не будет; а я могу только пожалеть о том, что Вам у нас не полюбилось.

Против пустоты залы я не имею иных средств, кроме репертуара и труппы: репертуар — мой только с 18 сентября; труппа была составлена хозяйкой театра, а не мною.

Во всяком случае это чисто денежное дело прямо меня не касается. Посоветуйтесь с нашим агентом, Кондратьевым; он Вам скажет — имеет ли право Горева, после Вашего согласия, играть пьесу, вопреки Вашему теперешнему нежеланию, чего она не сделает». РГБ.

А. Н. Плещеев пишет о «Скучной истории»: «Нетерпеливо жду вашей повести. Очень вы меня заинтересовали ею. <...> Я совсем не знал о вашем обмене телеграмм и писем с А. М. <Евреиновой>, которую несколько дней не видал <...> Если дело устроилось согласно вашему желанию, то тем лучше». Сообщает: «Ваше “Предложение” имело, говорят, огромный успех...». Не разделяет скептического отношения к П. Д. Боборыкину: «Может быть, он в некоторых отношениях и чудак, но человек он недурной; я люблю его за его “жизненность”, за его деятельность и энергию. <...> Горевский театр — сам по себе, а Боборыкин сам по себе». Не соглашается и с мнением о П. Н. Островском: «Про Островского — никак нельзя сказать, что его взгляды на нравственность, политику и т. д. сумбурны, — и еще менее, что он мало образован... Напротив, образован и очень. Читал он массу, и взгляды его совершенно определенны, но в последнее время он стал чересчур уж консервативен, — и о некоторых вещах я не могу разговаривать с ним». Пишет об И. Л. Леонтьеве (Щеглове): «Ужасно я хохотал над вашим вопросом, дорогой Антон Павлович, — не задавило ли где-нибудь нашего друга Жана кулисами? До сих пор я его еще не видел <...> А хотелось бы его повидать. Несмотря на его вечное нытье, я все-таки питаю к нему до некоторой степени нежность». Сообщает о готовящемся «преобразовании» или «окончательном уничтожении» Театрально-литературного комитета. «Комитет хотят сократить — и меня оставят, конечно, за штатом; ибо ко мне начальство не совсем-то благоволит <...> Я только потому и дорожил этим местом, что мог ходить во все театры бесплатно. Это ведь очень большая статья расхода». Ч. ответил 24 сентября. РГБ; ЛН, т. 68, с. 350—351.

Пьеса «Лебединая песня» поставлена в Харькове на сцене Драматического театра труппой Товарищества драматических артистов с участием Новикова. Повторные спектакли — 26 сентября, 31 декабря. «Харьковские губ. ведомости», № 237; там же, 26 сент., № 247; «Южный край», 31 дек., № 3093; Список пьес, сент. 1889, с. 23, 24; Список пьес, дек. 1889, с. 40.

О новом исполнителе роли Иванова в Александринском театре упоминается в «Новом времени» (№ 4867): «...Из-за болезни г. Давыдова пришлось перетасовать репертуар и некоторые его роли передать другим артистам. Так, в драме Ан. П. Чехова “Иванов” главная роль передана г. Никольскому; он же заменял г. Давыдова и в пьесе А. С. Суворина “Татьяна Репина”. Полагают, что авторы не поблагодарят администрацию за такую замену».

В отзыве о постановке «Иванова» на сцене театра Корша говорится, что пьеса «собрала большую публику» и «шла в новой редакции». «В общем она мало изменилась и осталась такою же умною и, если можно так выразиться, идейною пьесой, как она и была раньше. <...> В ней нет шаблонов и рутинных приемов, но зато она и не особенно сценична. Она вызывает на размышления, но смотрится далеко не легко. <...> Думается мне, что в чтении пьеса г. Чехова еще интереснее, чем на сцене». «Новости дня», № 2228.

17 сентября. Ф. А. Корш в письме к Ч. дает разрешение на постановку «Медведя» в театре М. М. Абрамовой: «Только из личного уважения к Вам я исполняю Ваше желание и отказываюсь от моего исключительного права, но в свою очередь <...> прошу Вас об одном и надеюсь, что Вы исполните эту вполне законную и справедливую просьбу: поставьте прямо условием, что<бы> “Медведь” был поставлен на афишу и исполнен после 22-го сентября». Извещает об успехе пьесы «Иванов» (шедшей 15 сентября): «Ваш “Иванов” прошел превосходно, я рад за Вас и за себя. Вам нужно быть у нас завтра» (18 сентября состоялся второй спектакль «Иванова»). РГБ.

О скорой постановке «Иванова» в Иркутске сообщается в местной газете. Предостерегая зрителей от посещения большинства объявленных в репертуаре пьес, театральный обозреватель (ДБ.) пишет: «Пока же выделим драму г. Чехова “Иванов”, которую мы рекомендуем публике как лучшее произведение современной театральной литературы и которую мы желали бы поскорее видеть на сцене». См. 8 ноября. «Восточное обозрение», № 38.

М. П. Чехов посылает в Таганрог в виде подарка Г. М. Чехову экземпляры пьес «Иванов», «Медведь», «Предложение» (видимо, в литографированных изданиях) и сообщает, что в трех московских театрах «каждый день жарят Антошины пьесы». «Вышел еще новый водевиль Антона — «Трагик поневоле» — страшно смехотворный, но его придется обождать». Письма М. П. Чехова к Г. М. Чехову от 12 сент. и 18 окт. — ГЛМ, 3640/27 и 3640/28.

До 18 сентября. Присутствует на одном или нескольких спектаклях в театре Корша и отмечает игру только что поступивших в труппу театра артистов — П. М. Медведева («добродушный старик») и М. А. Потоцкой («милая барышня с огоньком»). Письма, III, 250.

Медведев и Потоцкая вместе в один вечер выступали лишь 5 сент. (шли «Наши ведьмы» Н. Н. Николаева-Куликова и «На Песках» А. Т. Трофимова-Иванова). Ч. мог их видеть на сцене и порознь в разных спектаклях: Потоцкую — 6 сент. («Последнее средство» Г. А. Хрушова-Сокольникова) или 8 сент. утром («Блуждающие огни» Л. Н. Антропова), а Медведева — 8 сент. вечером («Горе от ума» А. С. Грибоедова), 10 сент. («Гроза» А. Н. Островского), 11 сент. («Горе от ума») или 12 сент. («Гроза»).

18 сентября. Ч. пишет И. Л. Леонтьеву (Щеглову): «Я вожусь с повестью <“Скучная история”>, и возня эта уже на исходе. <...> Это не повесть, а диссертация. Придется она по вкусу только любителям скучного, тяжелого чтения, и я дурно делаю, что не посылаю ее в “Артиллерийский журнал”». Рассказывает: «С моими водевилями целая революция. “Предложение” шло у Горевой — я снял с репертуара; из-за “Медведя” Корш ругается с Абрамовой: первый тщетно доказывает свое исключительное право на сию пьесу, а абрамовский Соловцов говорит, что “Медведь” принадлежит ему, так как он сыграл его уже 1817 раз. Сам черт не разберет! Малый театр в обиде, что “Иванов” идет у Корша, и Ленский до сих пор еще не был у меня — должно, сердится». Сообщает, что сам еще не видел «Иванова».

«Переделке “Гордиева узла” аплодирую, но неохотно, так как я люблю этот роман и не могу допустить, чтобы он выиграл от переделки. <...> Труппа Корша несколько обновилась, и Вам, прежде чем распределять роли, необходимо познакомиться с ее новыми элементами». Письма, III, 250.

П. Н. Островский отвечает Ч.: «Будем ждать, если ничего другого не остается делать, многоуважаемый Антон Павлович! Сестра благодарит за записку и просит извинения в причиненных Вам хлопотах». См. 15 октября. РГБ.

Пьеса «Медведь» поставлена в Кронштадте на сцене Коммерческого собрания. Платежный документ Общества русских драматических писателей и оперных композиторов. — ГЦТМ, ф. 130, 1719—1720, № 161126.

Отзыв о постановке «Иванова» в Москве напечатан в «Новом времени» (№ 4869): «Коршевский театр возбудил немалый интерес публики постановкой драмы г. Чехова “Иванов” в новой (для Москвы) редакции и с новым распределением ролей. Переделка автора пошла впрок пьесе <...> Несмотря на трудность задачи, новые исполнители успешно справились с ней, и публика вызывала их много раз».

В «Новом времени» напечатана гл. V очерков «Итоги тюремной реформы», посвященная сахалинской каторге и повторявшая материал изданного в июне «Обзора десятилетней деятельности Главного тюремного управления 1879—1889». См. 8 ноября.

19 сентября. Пьеса «Предложение» поставлена в Харькове на сцене Драматического театра труппой Товарищества драматических артистов с участием С. П. Волгиной. Режиссер — Э. Г. Лясс. Повторный спектакль — 8 октября. «Харьковские губ. ведомости, № 240; «Южный край», 8 окт., № 3011; «Новости дня», 16 окт., № 2258; Список пьес, сент. 1889, с. 23, 38.

В отзыве на второй спектакль «Иванова» в Москве говорится: «Чеховский “Иванов”, как и следовало ожидать, во второе представление этой “реставрированной новинки” театра Ф. А. Корша сбор сделал незначительный. Иначе, впрочем, не должно и быть, и реставрированная заново драма А. П. Чехова по-старому осталась и скучной, и утомительной и так же точно, как и в прежнем виде, не выдерживает строгой критики в качестве драматического произведения. <...> Игра все-таки не искупает недостатков пьесы, которую положительно смотреть никому не интересно». «Московский листок», № 261.

Другой отзыв был столь же малоутешительным: «Сбор, по понедельнику, был прекрасный, но тем не менее — видно, что “Иванов” нам не ко двору. Разучилась публика смотреть такие пьесы. Она зевает в серьезных местах и ждет не дождется, когда на сцене проявится что-нибудь “посмешнее”». «Новости дня», № 2281.

19 или 20 сентября. Ч. посылает письмо (неизв.) Н. Н. Соловцову, откликаясь на постановку «Медведя» в театре М. М. Абрамовой 19 сентября. См. около 20 сентября.

20 сентября. О пьесе «Иванов» резкий отзыв Н. Тихонова напечатан в «Вестнике...» (№ 1432): «...Собрать вместе такую массу нравственных уродов, какая собрана в драме г. Чехова, не только затруднительно, но и фактически невозможно. Поэтому в общем пиеса носит отталкивающий характер огульной клеветы на семью, людей, брак, на человеческое стремление к добру, одним словом, на все человечество, а так как пиеса написана из нашей русской жизни, то и на все русское общество. <...> Если же все лица, участвующие в драме “Иванов”, только плод фантазии г. Антона Чехова, то является заключение, что написана им не драма, сюжетом которой послужили страдания живых людей из среды русской интеллигенции, а самый грязный, самый клеветнический памфлет».

Ч. вечером присутствует в театре Корша на третьем спектакле возобновленного «Иванова». Письма, III, 250.

Артист П. М. Медведев вспоминал: «Впервые познакомился я с Чеховым <...> на представлении “Иванова”. Я играл Лебедева. По окончании спектакля меня представили А<нтону> П<авловичу>, и он произвел на меня очень симпатичное впечатление. Он высказал одобрение по поводу моей игры; обыкновенно, знаете, как-то неловко, даже неприятно выслушивать похвалу по адресу собственной персоны, но у него это вышло так просто, что неловкости этой ничуть не ощущалось». Л. Львов. Артисты о Чехове. Воспоминания, встречи и впечатления. П. М. Медведев. — «Новости и Биржевая газета», 1904, 26 авг., № 237.

Антрепренер А. Дмитриев в письме к Ч. из Петербурга просит согласия на постановку пьесы «Трагик поневоле» «в Благородном собрании и СПб. I Общественном собрании». «Пьесу постараюсь обставить возможно тщательнее, и если роль Толкачева не угодно будет Вам поручить мне, то передам ее г. Бабикову; я же, в таком случае, буду играть роль Мурашкина». Ч. ответил 21 сентября. РГБ.

Около 20 сентября. Н. Н. Соловцов отвечает Ч.: «Согласно Вашему желанию, я снял “Медведя” до 25 сен<тября>. Посылаю Вам ложу, если Вы захотите посетить и посмотреть сегодняшнюю пьесу». РГБ.

20 сент. в театре М. М. Абрамовой шла комедия М. Балуцкого (в переделке с польского А. Ф. Крюковского) «Денежные тузы» и одноактная комедия Н. В. Самойлова «Победителей не судят».

21 сентября. Ч. отвечает А. Дмитриеву и дает разрешение «ставить на частных сценах Петербурга» пьесу «Трагик поневоле»; просит «внести после первого представления в Общество вспомоществования сценическим деятелям пятнадцать рублей». «Если г. Бабиков не откажется от роли Толкачова, то передайте ему, что, буде он пожелает, я не откажусь сократить длинный монолог, который, мне кажется, утомителен для исполнителя». Письма, III, 251.

Посылает письмо (неизв.) П. М. Свободину. См. 22 сентября.

Ал. П. Чехов пишет в связи с открытием сезона в Александринском театре: «“Иванов” делает громадные успехи». Сообщает о полученном от Н. А. Путяты письме: «...Прислал мне, “по-твоему благословению”, как он пишет, слезное прошение о том, чтобы я отнес письмо, адресованное его сестре. Письмо, разумеется, просительное. За это дело взялась жена и исполнила его, но ее не приняли и велели передать, что ответа никакого не будет. С тем она и воротилась. Путята мне писал, что его сгоняют с квартиры, поэтому я не решаюсь писать ему на 1-ую Мещанскую, а пишу тебе; может быть, ты вернее передашь ему ответ его сестры». Сообщает: «Пушкарев написал драму в рифмованных стихах “Ксения и Дмитрий”. Цензура долго водила его, но, наконец, разрешила. Едет в Москву ставить у Горевой». На письме — приписка Н. А. Чеховой, выражающей сожаление, «что не удалось сделать что-нибудь для Путяты». РГБ; Письма Ал. Чехова, с. 233.

В отзыве после третьего спектакля в театре Корша говорится, что «“Иванов” положительно привлечь никого не в силах, и продолжать ставить его на репертуар можно только разве для того, чтобы артистов коршевской труппы заставлять играть при более чем на две трети пустом зрительном зале. Вот уже подлинно — “игра не стоит свеч”». «Московский листок», № 263.

Автор другой заметки пишет: «Г-н Корш дал опять “Иванова”, который, как нам передавали, принят дирекцией на условиях, при которых более или менее частое повторение этой пьесы обязательно. Наше предсказание относительно трудности сделать дело “Ивановым” — оправдывается. Он оказался малодоходной статьей, несмотря на все свои литературные достоинства. Не вина в том г. Чехова, не вина и г. Корша. Насильно не заставите смотреть». «Новости дня», № 2233.

22 сентября. П. М. Свободин пишет Ч.: «Давно, давно уж жду от Вас весточки, милый Antoine, и рад, что наконец получил сегодня Ваше письмо от 21 сент. <неизв.>. Ну, отвечаю по порядку. Вы видели во сне, что я упал в колодезь и что Вы с Нат<альей> Мих<айловной> вытащили меня <...> Затем-с Вы замечаете в письме, что у нас “творится что-то особенное: Давыдов болен, я не пишу...”, да, Давыдов не играет вот уже три недели, причиной считается болезнь горла... <...> “Иванов” шел три раза с Никольским в роли Иванова и Панчиным — Боркина. Прошу мне позволить воздержаться от дальнейших по сему делу подробностей, замечаний и личных взглядов. <...> “Предложение” до слез нравится публике, но шло только два раза. Это потому, что всегда или я или Варламов играем в пьесе большие роли и устаем, так что после большой роли играть “Предложение” трудно. В первый раз <12 сент.> публика непременно желала вызвать с нами вместе автора и до того настоятельно, что покорнейшему слуге Вашему пришлось, наконец, доложить, что автора в театре нет...».

«Что же Вы со мной делаете, бессовестный Вы человек!? Как это так “Леший будет”? Ведь вы решительно отказались окончить его к нынешнему сезону, и я вынужден был измышлять себе на бенефис другую пьесу и выбрал “Якобиты” (Франс. Коппэ) <...> — и вдруг: “Леший будет!” <...> будь у меня Ваша комедия, я ни о какой другой и не думал бы. Вот почему, в особенности, непростительно было так долго не писать мне. Одно только и может оправдать Вас, — это то, что Вы и сами не знали, что Вам придет в голову решение отдыхать на “экскурсии в область Мельпомены”, как Вы пишете. Во всяком случае, если б Вы окончили “Лешего” к такому сроку, что я успел бы поставить его, то я, несмотря ни на что, и поставил бы его...» Спрашивает, куда Ч. отдал повесть («Скучная история»). Упоминает о встрече с Д. В. Григоровичем, к которому ездил вместе с В. А. Гольцевым: «Речь шла о несостоявшейся Вашей поездке за границу, где он ждал и встречал Вас в Вене три дня подряд. Это все потому только, что Вы единственный талантливый беллетрист в литературе нашего времени, которым ему, Григоровичу, стоит заняться, поруководить и обласкать всячески. Вот видите! А Вы, неблагодарный, пропили в Одессе 1723 р. 42 коп.!» Спрашивает: «Что сталось с теми экз<емплярами “Иванова”>, котор<ые> Вы пожертвовали О<бщест>ву вспомощ<ествования> нужд<аюшимся> сцен<ическим> деятелям? (Помните? Базарову выслали)». См. 16 марта и 6 мая. «Соковнин передал мне Ваш поклон. Благодарю!» Записки ГБЛ, вып. 16, с. 197—199.

В. А. Тихонов пишет Ч.: «...Вы обрадовали меня новостью, что написали большую повесть <“Скучная история”>, где она будет напечатана и когда?» «Правда ли, что Вы написали новую большую пьесу <“Леший”>? Здесь говорят. Я бы этому, пожалуй, еще больше был рад, чем повести». Сообщает: «“Иванов” Ваш идет в Питере, конечно, Вы знаете, с заменой: вместо Давыдова — Никольский. Играет, говорят (я не был), плохо, но аплодисментов удостаивается больших, чуть ли не больших, чем Давыдов». «В Москве, вероятно, буду в середине октября и надеюсь видеться с Вами часто». См. середина октября. РГБ.

Пьеса «Медведь» идет на сцене театра Корша в первый раз по возобновлении, с новым составом исполнителей. Роли исполнили: Попова — А. Я. Глама-Мещерская, Смирнов — П. Д. Ленский, Лука — Д. В. Тархов. Повторный спектакль — 25 сентября. Список пьес, сент. 1889, с. 10; «Новости дня», № 2234 и др. газеты.

Глама-Мещерская позднее вспоминала: «...Роль вдовы перешла ко мне. Чехов меня благодарил». А. Я. Глама-Мещерская. Воспоминания. М.; Л., «Искусство», 1937, с. 260.

В отзыве об этом спектакле рецензент Н. П. Кичеев (псевдоним — Никс) отмечал, что «возобновленный “Медведь” прошел много слабее прошлогоднего». «Новости дня», 24 сент., № 2236.

Пьеса «Предложение» поставлена в Новгороде на сцене театра Мерянского. Список пьес, сент. 1889, с. 12.

М. Е. Чехов в письме П. Е. и Е. Я. Чеховым сообщает об их общем таганрогском знакомом, полицейском чиновнике: «Онисим Васильевич Петров, выслушавши о том, что Антошино “Предложение” изволил смотреть государь император, воскликнул: “Даже я горжусь Антоном Павловичем как гражданином-земляком своим”». Письмо отправлено 30 сент. РГБ.

23 сентября. Двоюродный брат Г. М. Чехов пишет Ч.: «Я представлял, что ты еще не возвратился из путешествия, зная, что ты должен был побывать в загранице. О твоем путешествии я узнал от Миши и “Одесского листка” <см. 16 июля>. <...> “Одесский листок” читаю каждый день, прочитываю статьи г. Чуйко, который часто помешает свои произведения, — из его статей видно, что твой “Иванов” ему очень нравится» (см. 24 марта). Рассказывает о братьях Камбуровых, один из которых (Николай) «живет в Варшаве, женат», другой (Иван) «приехал из Варшавы в Таганрог погостить». РГБ.

М. Е. Чехов в письме М. П. Чехову откликается на его сообщение: «Ты пишешь о блистательном успехе Антошиного “Предложенья”, которое удостоили смотреть и остаться довольными их императорские величества, затем спросить его автора. Большего, кажется, невозможно желать ни Антоше, ни нам; это верх земного счастия, это высота недосягаемая. Обними за меня великого творца “Предложенья”. Обещанных тобою книг его произведенья не только мы с Георгием ждем не дождемся, но и все наши знакомые, узнавши об этом, наперерыв просят для прочтения» (сбоку приписано: «Вчера получили: не спим от них»). РГБ.

Отклик на харьковскую постановку «Лебединой песни» помещен в столичной газете: «Публика Харькова ранее петербуржцев ознакомилась с новою пьесою А. П. Чехова <...> Содержание этюда прелестно. В нем всего два действующих лица <...> И вот между двумя этими лицами разыгрывается изумительная по своей правдивости сцена <...> Местные газеты приходят в восторг от исполнения роли актера бывшим любимцем Петербурга Н. И. Новиковым и одобряют г. Моисеева за исполнение роли суфлера». ПГ, № 261.

24 сентября. Ч. заканчивает работу над повестью «Скучная история». «...Написал я повесть в 4½ листа; закатил я себе нарочно непосильную задачу, возился с нею дни и ночи, пролил много пота, чуть не поглупел от напряжения — получилось вместе и удовольствие, и дисциплинарное взыскание за летнее безделье». Письма, III, 261.

Посылает «Скучную историю» А. М. Евреиновой для «Северного вестника». «История в самом деле скучная, и рассказана она неискусно. Чтобы писать записки старого человека, надо быть старым, но виноват ли я, что я еще молод?» Просит: «Пришлите корректуру — это непременно. Кое-какие места я почищу в корректуре; многое ускользает в рукописи и всплывает наружу, только когда бывает отпечатано. Корректуру я не продержу долее одного дня». См. 6 октября. Добавляет: «Денег у меня пока много. Если для Вашей конторы удобнее высылать мне гонорар по частям, а не сразу, то предложите ей разделить его на 4—5 частей и высылать его мне ежемесячно». «Те медицинские издания, которые присылаются в редакцию для отзыва, не бросайте, а, если можно, берегите для Вашего покорнейшего слуги. Я всегда с завистью гляжу на Ваш стол, где лежат эти издания...» Письма, III, 251—252.

Пишет А. Н. Плещееву о посылке «Скучной истории», называя ее «рассказом»: «Надоело с ним возиться. <...> Самое скучное в нем, как увидите, это длинные рассуждения, которых, к сожалению, нельзя выбросить, так как без них не может обойтись мой герой, пишущий записки. Эти рассуждения фатальны и необходимы, как тяжелый лафет для пушки. Они характеризуют и героя, и его настроение, и его вилянье перед самим собой. Прочтите, голубчик, и напишите мне». Сообщает о «Лешем»: «Все говорят и пишут мне, что<бы> я написал большую пьесу. Актеры Малого театра берут с меня слово, что я непременно напишу. Эх, кабы было время!»

На пьесу Ч. в Малом театре возлагал надежды не только А. П. Ленский для своего бенефиса, но и Н. И. Музиль. О визитах Ч. к нему на квартиру в Пименовском пер. (теперь — Воротниковский) вспоминал впоследствии внук Музиля Н. И. Рыжов: «Бывали в нашем доме молодые тогда А. П. Чехов и Вл. И. Немирович-Данченко, приносили они любимому актеру и другу молодежи свои первые пьесы. Дед брал их для постановки в свои бенефисы в Малом театре. Он хотел поставить и чеховского “Лешего”, но цензура запретила». Николай Рыжов. Семейная реликвия. — «Вечерняя Москва», 1986, 22 марта, № 69.

Отзывается о П. Д. Боборыкине и П. Н. Островском: «Боборыкин ушел от Горевой и умно сделал. Человеку с такой литературной репутацией, как у него, не место в этом театре, да и не к лицу быть мишенью для насмешек и сплетен разных прохвостов и ничтожеств. <...> Его пребывание у Горевой, его “Дон Карлосы” и “Мизантропы”, разыгрываемые сапожниками, это, если не шалость, то чудачество. Островский вовсе не консерватор. Он просто обыватель, ведущий замкнутую жизнь. <...> Человек он добрый и в высшей степени добропорядочный; но спорить с ним трудно. Трудно не потому, что высказывает он противоположные взгляды, а потому, что приемы для спора у него времен очаковских и покоренья Крыма». Письма, III, 252—254.

Ч. на заседании комитета Общества русских драматических писателей и оперных композиторов. «В заседании Комитета <...> разбиралось много дел, но все мелких, мало интересных, хотя и курьезных. Хозяйство ведется превосходно, и Кондратьев человек незаменимый. Александров держится хорошо. Он юрист, и это много помогает нам при разрешении разных дел кляузного свойства». Письма, III, 254, 256.

«Комитет общества русских драматических писателей постановил печатать, ежемесячно, списки всех игранных на столичных частных и провинциальных сценах пиесах членов общества, с целью дать авторам возможность всегда иметь нужные справки о ходе их пиес и о деятельности того или иного театра. Обществу было предложено помещать эти списки в новом журнале г. Куманина “Артист”, но комитет отклонил такое предложение и передал право печатания своему контрагенту г. Рассохину». «Новости дня», 26 сент., № 2238.

На заседании Комитета заслушано также сообщение московск. генерал-губернатора (В. А. Долгорукова) об открытии при Комитете по «высочайшему соизволению» от 19 мая «повсеместного сбора пожертвований на сооружение в Москве памятника А. Н. Островскому». МВед., 14 окт., № 284; «Новости дня», 15 окт., № 2257.

Вечером в Большом театре Ч. слушает оперу А. С. Даргомыжского «Русалка». Основные партии исполняли: Князь — Л. Д. Донской, Княгиня — Л. Г. Звягина, Мельник — С. Г. Власов, Наташа — Коровина. Капельмейстер — У. И. Авранек. Письма, III, 254; «Новости дня», 24 сент., № 2236.

24 или 25 сентября. Посылает П. М. Свободину письмо (неизв.). См. 27 сентября.

25 сентября. Пьеса «Медведь» поставлена в Москве на сцене Нового драматического театра М. М. Абрамовой. Роли исполнили: Попова — Н. Д. Рыбчинская, Смирнов — Н. Н. Соловцов, Лука — М. Л. Гусев. Список пьес, сент. 1889, с. 9.

В тот же вечер пьеса «Медведь» исполнялась на сцене театра Корша (исполнители — см. 22 сентября).

«На сценах обоих театров в этот день исполненный “Медведь” идет одинаково хорошо <...> Собственно говоря, мы отчасти не понимаем, почему так гонятся за этой “шуткой” г. Чехова оба наши частные театры <...> В смысле драматического произведенья, хотя бы в качестве “шутки”, “Медведь” никакими выдающимися достоинствами не отличается. Написанный на одну и ту же тему с одноактным же водевилем “Неутешная вдова” <В. В. Годунова>, он даже меньше этого последнего предоставляет сценического материала исполнителям и по развитию своей фабулы гораздо меньше подходит хотя бы и на “шуточную” правду». «Московский листок», 27 сент., № 269.

26 сентября. Пьеса «Медведь» поставлена в Киеве труппой артистов Киевского русско-драматического общества. Список пьес, сент. 1889, с. 6.

27 сентября. Ч. сообщает А. П. Ленскому о работе над пьесой «Леший»: «Пьесу начал и уже написал половину первого акта. Если ничто не помешает и если мои вычисления верны, то кончу ее не позже 20 октября». «Завтра пойду смотреть “Село Знаменское” и мечтаю увидеться с Вами». Письма, III, 254—255.

А. Н. Плещеев, ознакомившись в рукописи со «Скучной историей», пишет: «Вчера вечером читал вслух вашу повесть, дорогой Антон Павлович, бывшим у меня двум приятелям — известному вам немножко Фаусеку, человеку с большим вкусом и вашему большому почитателю; — и неизвестному вам <...> моему старому хорошему приятелю медику-психиатру Тишкову <...> По общему нашему мнению <...> у вас еще не было ничего столь сильного и глубокого — как эта вещь. Удивительно хорошо выдержан тон старика-ученого, и даже те рассуждения, где слышатся нотки субъективные, ваши собственные, — не вредят этому. И лицо это как живое стоит перед читателем. Прекрасна вышла и Катя. — Страницы, где описывается та ночь, когда старика обуял страх смерти и когда приходит к нему под окно Катя, — производят глубокое впечатление. <...> Но большинству — повесть несомненно покажется скучной (зачем вы назвали ее “Скучная история”? Назовите иначе. Зачем давать самому повод к дешевому остроумию прохвостов-рецензентов?) <...> Толпа найдет повесть скучной — по причине отсутствия шаблонной фабулы и обилия рассуждений. Людям понимающим она не может не понравиться; но таких всегда меньшинство... <...> Печальное, истинно печальное положение у нас независимого, смелого писателя!.. Я не ощутил никакой длинноты, — немножко разве в том месте, где рассказывается прошлое Кати... <...> Есть множество замечаний верных, метких, глубоких даже. — Не говорю уже об абсолютной новизне мотива». Далее высказывает «несколько замечаний, которые пришли нам в голову: странно несколько совершенное равнодушие ученого к любовному роману Кати, о котором она ему писала. Он не попытался ничего разузнать о человеке, которым она увлеклась, не принял в ее судьбе никакого участия <...> 2) Насмешка Мих. Фед. над наукой очевидно была шуточной выходкой <...> и потому нервозные размышления старика о причинах подобного осуждения науки, — немного странны. 3) Почему Гнеккер похищает Лизу и женится на ней — когда он в качестве прохвоста и авантюриста должен знать, что за его возлюбленной родители ничего не дадут? 4) Письмо, которое Катя, при последнем свидании со стариком, выронила и на котором тот успел только прочесть слово “страсти”, мои слушатели нашли излишним и видят в этом натяжку <...> Я с ними, на этот счет, не согласен. Никакой тут натяжки, по-моему, нет...» Сетует: «А для театра вы все-таки напрасно не работаете. Писали бы между делом хоть небольшие комедийки, если лень взяться за серьезную пьесу». Пишет об А. М. Евреиновой: «А уж как вы тронули письмом Анну Михайловну! Она в неописуемом восторге от вашей деликатности (гонорарный вопрос). Говорит, что еще ни от одного сотрудника она такой деликатности не видала. <...> Удивило меня, что А<нну> М<ихайлов>ну не менее вашей деликатности восхитила ваша независимость. Когда я пришел к ней, она мне тотчас же прочла именно ту страницу, где говорится о писателях-социологистах, фамильярно третирующих иностранных писателей; и прибавила, что вы будете большой писатель именно потому, что вы не раб». Сообщает о свидании с Д. В. Григоровичем, который рассказал ему об «упразднении» Театрально-литературного комитета. «Эти все реформы дело рук театральных поручиков, которые хотят быть полными распорядителями не только хозяйственной, но и художеств<енной> части, т. е. дело рук гг. Погожева — и Кривенко (правитель канцелярии Воронцова)». РГБ; Переписка, т. 1, с. 500—503.

П. М. Свободин обращается к Ч.: «Ах, если бы Вы кончили “Лешего” к 15 октября! Вы не ужасайтесь и не думайте, что это невозможно. Помните, я сам уговаривал Вас не спешить, дать вылежаться, подумать и т. д., но тогда, во-первых, у Вас была в голове “Скучная история”, был Псел недалеко, было лето; а теперь, когда “История” кончена, Псел далеко и лето миновало (хотя погода чуть не летняя) да к тому же Вы чувствуете себя готовым к делу, теперь, наоборот, я готов уговаривать Вас до слез сесть и не вставать от стола, пока не кончите. Вчера вечером я получил Ваше письмо, в котором (я надеюсь?) Вы лжете, что бросили два акта “Лешего” в Псел... Боже сохрани!! Угорели Вы, Antoine, что ли?! Два-три штриха в порыве вдохновенья — вот все, чего недоставало тем двум актам, а два остальных написались бы сами собою, — до того назрело, надумалось все, что “из эстой дилеммы выйдтить” должно...».

«В заключение — маленькое нравоучение. Если когда-нибудь будет у Вас приятель актер, который пожелает играть в свой бенефис комедию, Вами начатую и не оконченную к сроку его бенефиса, то не пишите Вы ему, актеру-то, что комедию Вы окончите, но позже его бенефиса... не знаете Вы актерскую душу, душа моя! Ведь Вы меня, “вбили”! <...> Даже рука трясется...» Передает поклон от К. С. Баранцевича. «Баранцевич весьма кланяется». РГБ; Переписка, т. 2, с. 40—41.

Пьеса «Медведь» поставлена в Вилейке на сцене Общественного собрания артистами-любителями (режиссер — А. Сердюков). Список пьес, сент. 1889, с. 2.

27 или 28 сентября. Ч. посылает П. М. Свободину письмо (неизв.). См. 30 сентября.

28 сентября. Получает из Ярославля письмо И. Я. Гурлянда (б/д), который просит содействовать публикации его стихотворения. «Вы в Ялте как-то обещали или сказали мне (точно не помню) послать мои стихи Плещееву. <...> Насколько я помню, Вы были стихотворением этим более или менее довольны. Вы говорили о цензурных условиях, но ведь не все издания с предварительной и не все цензора настолько глупы, чтобы видеть здесь что-либо противозаконное». Сообщает, что получил из цензуры рукопись своего водевиля: «Боже, боже!.. Там есть помарки — положительно анекдотические...». Ч. ответил в начале октября. РГБ; (на письме рукой Чехова — дата получения: 89, IX, 28); Из архива Чехова, с. 183.

П. М. Свободин в письме Ч. по памяти излагает содержание уничтоженных актов «Лешего» и пишет о «профессорше», что она «вот-вот уверует в идею и оттолкнет все мирское, живое ради своей идейной любви» к мужу, но, «полагая, что все в мире — идея, а не сама жизнь», неравнодушна в то же время и к Лешему; узнав, что «Леший и сестра ее любят друг друга <...> она делается человеком вне всякой идеи и говорит сестре: отдай мне его! Я больше имею права на него, чем ты...» Ч. ответил 29 или 30 сентября, (письмо неизв.). Записки ГБЛ, вып. 16, с. 200—201.

Вечером присутствует в Малом театре на спектакле «В селе Знаменском» (пьеса из народной жизни в 4 д. Вл. А. Александрова). Письма, III, 255.

В спектакле участвовали М. Н. Ермолова, Н. А. Никулина, О. О. Садовская, Ф. П. Горев, О. А. Правдин, К. Н. Рыбаков, М. П. Садовский. По отзывам печати, пьеса имела «небезусловный» успех и состояла из «совершенно произвольных сценок <...>, притянутых к народной жизни»; «в постройке ее сказывается пошиб французской мелодрамы». «Новости дня», 30 сент., № 2242; НВ, 30 сент., № 4881.

«Иванов» поставлен в Саратове на сцене Городского театра труппой Товарищества артистов под управлением М. П. Горин-Горяйнова. Роли исполнили: Иванов — К. П. Костюков, Анна Петровна — Ларина, Лебедев — П. К. Красовский, Бабакина — Е. П. Шебуева, Боркин — Горин-Горяйнов. «Саратовский дневник», № 206; Список пьес, сент. 1889, с. 19.

Рецензент писал об этой постановке: «Несмотря на то, что постановке ее предшествовала громкая афиша, гласившая, что «эта пьеса пользуется громадным успехом на сценах с.-петербургского и московского театров и в течение 2-х лет не сходит с репертуара..., несмотря на то, что артисты нашей сцены приложили все старания не провалить ее, — “Иванов” почти провалился. Причина этого заключается, конечно, в самой пьесе. <...> Вряд ли эта пьеса продержится у нас долго. 28 сентября спектакль сошел при полном сборе, но аплодировали мало; вообще “Иванов” принят нашей публикой холодно». «Саратовский дневник», 30 сент. № 208. Подпись: Z.

Пьеса «Лебединая песня» поставлена в Ельце на сцене Городского театра любительской труппой. Список пьес, сент. 1889, с. 4.

29 сентября. К. А. Варламов пишет Ч. из Петербурга: «Простите, что долго не писал Вам <...> Верьте моему честному слову, что я думаю о Вас и люблю Вас гораздо больше, чем Вы предполагаете. Портрет Ваш всегда у меня перед глазами, спасибо Вам за него; пьеску <“Трагик поневоле”> тоже получил, она прелестна. <...> Прождал Вас сентябрь напрасно, а обещали». РГБ.

Одновременно Варламов выслал Ч. свою фотографию с дарственной надписью: «Антону Павловичу Чехову от полюбившего его К. Варламова». ДМЧ (Москва).

К. А. Каратыгина в письме просит Ч. «сегодня» побывать в театре Абрамовой, «вынудить от них» окончательное решение и разузнать «насчет оклада». «Как бы было хорошо, если бы Вы Соловцова привезли ко мне». «Когда так или иначе окончится история моего определения, то Вы можете написать легкий трагикомический рассказ с натуры под заглавием: “Обещанная протекция, или Вот как может надоесть адски занятому литератору безместная актриса”». См. 11 октября. РГБ.

П. М. Свободин пишет Ч.: «Положительно нужно бы нам за это время недели две пожить вместе или, по крайней мере, видеться каждый день — и “Леший” как из земли вырос бы! <...> И что Вы со мной сделали вашим “Леший будет!!”» Рассказывает о разговоре с заведующим репертуарной частью Александринского театра А. А. Потехиным: «...Говорит: “Пишите Вы Чехову, пусть скорей кончает!” Крайне заинтересовался лицами “Лешего”, когда я рассказал ему, и очень-очень желает мне возможности заполучить его от Чехова. Григорович также». Записки ГБЛ, вып. 16, с. 201—202.

Пьеса «Медведь» в переводе на чешский яз. (пер. Ф. Врана) напечатана в газ. «Narodni listy» (Прага), № 269 (литературное приложение).

Пьеса «Иванов» поставлена в Новгороде на сцене театра Мерянского. Список пьес, сент. 1889, с. 12.

О сб. «Рассказы» (изд. 2) отрицательный отзыв помещен в газ. «День» (№ 471). Критик К. П. Медведский (псевдоним: К. Говоров) сетует на «микроскопичность содержания» современной беллетристики и ставит Ч. в один ряд с Максимом Белинским (И. И. Ясинским): «...Казалось — короче и мельче нельзя трактовать сюжет. Но вот появился г. Чехов и опроверг это заблуждение. <...> Вот хотя бы его книжечка “Рассказов” <...> В ней <...> есть даже немножко философии — но нет главного: связи между событиями, которая сообщала бы произведению цельность; нет серьезности в разработке сюжета; нет глубокой наблюдательности и, что важнее всего, нет ни единой определенной, ясно вычерченной человеческой фигуры. У г. Чехова даже не рассказы и не очерки; у него наброски, сценки <...> Чтобы он создал что-либо крупное, что-либо законченное, что-либо значительное — сомневаемся, мало того — не верим. <...> Мозаичное письмо г. Чехова имеет лишь кое-какие внешние достоинства: довольно опрятную форму, живой, литературный язык и юмор, — очень дешевенький и не глубокий, но местами бесспорно жизненный. <...> Какой-то рецензент <...> пытался объяснить его “краткопись” продолжительным сотрудничеством в юмористических листах <...> такое толкование неосновательно <...> Мелочность концепции г. Чехова, очевидно, в его натуре, и газеты тут ни при чем <...> г. Чехову именно склонности к “большому” и недостает».

Во второй части отзыва, напечатанной через две недели (№ 485), рецензент остановился на отдельных рассказах сборника. По его мнению, рассказ «Тиф» — лишь «мимолетная сценка», «популярное изложение отрывков из медицинской книги», доказательство «полной неспособности автора к психологии». Рассказ «Ванька» — «картинка <...> неинтересная и скучная», «эскизик <...> совсем пустячный». «Поцелуй» — из числа «рассказов анекдотических», в котором автор, «совсем не психолог», «пошел блуждать вокруг и около» и «запутался вконец».

Рецензия перепечатана в ж. «Еженедельное обозрение».

29 или 30 сентября. Ч. посылает П. М. Свободину письмо (неизв.). См. 1 октября.

30 сентября. Ч. сообщает А. Н. Плещееву о работе над «Лешим»: «Пишу, можете себе представить, большую комедию-роман и уж накатал залпом 2½ акта. После повести комедия пишется очень легко. Вывожу в комедии хороших, здоровых людей, наполовину симпатичных; конец благополучный. Общий тон — сплошная лирика». Отвечает на замечания Плещеева по поводу «Скучной истории»: «...Заглавия повести переменять не следует <...> Профессор не мог писать о муже Кати, так как он его не знает, а Катя молчит о нем; к тому же мой герой — и это одна из его главных черт — слишком беспечно относится к внутренней жизни окружающих и в то время, когда около него плачут, ошибаются, лгут, он преспокойно трактует о театре, литературе; будь он иного склада, Лиза и Катя, пожалуй бы, не погибли. <...> Что касается письма Михаила Фед<оровича> с кусочком слова «страсти...», то натяжки тут нет. Повесть, как и сцена, имеет свои условия. Так, мне мое чутье говорит, что в финале повести или рассказа я должен искусственно сконцентрировать в читателе впечатление от всей повести и для этого хотя мельком, чуть-чуть, упомянуть о тех, о ком раньше говорил». Письма, III, 255—256.

П. М. Свободин (в ночь с 29 на 30 сентября) отвечает Ч. на письмо (неизв.): «Ну, будем говорить о Вашем последнем письме, которое я получил сегодня. Итак, у Вас не только не потоплены в Пселе два акта, а кроме их есть еще и третий, поражающий своей бурностью и неожиданностью, как Вы пишете. Из этого я заключаю, что нам с Вами уже пора ставить вопрос ребром: идет у меня в бенефис “Леший” 31-го октября или нет? <...> Сегодняшним письмом Вы не только не успокоили меня, — чувство, которое предшествует каждому вскрытию Вашего письма ко мне, — а даже раздразнили самым недостойным образом. Расписываете мне, что два новых акта вышли у Вас так хороши, что прежние два в сравнении с новой редакцией — невинный лепет младенца, что третий также готов и хорош, следовательно недостает одного; и со всем тем, не пишете ни единого слова о том, о чем следует после моих писем. Просьбою Вашей — никому не рассказывать о том, что Вы пишете, Вы опоздали, так как я рассказывал уже, как писал Вам, и Григоровичу, и Потехину, и в голову мне не могло прийти, что это Вам не желательно. <...> Вы говорите, между прочим, что у нас некому играть роли Лешего; да у нас не только Лешего, который еще не написан, у нас Чацкого некому играть! Но ведь театр не провалился, играем, и грехам нашим Господь терпит. А Далматов чем не Леший? <...> Женщин спустим всех — Савину, Мичурину, Пасхалову (молодая, очень талантливая актриса), обо мне что и говорить: так буду играть, что заткну за пояс самого Соборнова-Райского!! Да ну Вас, это я только отвечаю на Ваши письма в том же тоне, в каком Вы пишете мне, а в душе у меня все очень серьезно.

Напишите мне в следующем письме, что Вы высылаете мне все, что написано, дописываете остальное, а дописавши, немедленно высылайте конец...». Сообщает: «Да, “Иванов” идет, разумеется, хуже, чем шел, что и говорить! Досадно и жалко». РГБ; Переписка, т. 2, с. 41—43.

30 сентября или 1 октября. Ч. посылает П. М. Свободину письмо (неизв.). См. 2 октября.

Сентябрь (?). Ф. В. Домбровский (Белорус) от имени редакции ж. «Родина» и «по совету уважаемого К. С. Баранцевича» обращается к Ч. в письме (б/д) с предложением принять участие в журнале в качестве сотрудника и «прислать какой-нибудь рассказ или повестушку <...> для напечатания в первых нумерах издания будущего 1890 года», а также «сообщить, немедленно по получении сего, заглавие рассказа, для напечатания в объявлениях, которые будут рассылаться в начале октября». «Притом покорнейше прошу, чтобы рассказ был самого невинного характера, так как журнал семейный и цензура строго преследует малейшую безнравственность...» Для образца посылает несколько номеров «Родины». РГБ.

Осень. «...В его здоровье произошла перемена к худшему, и когда мы вернулись затем к осени в Москву, то я стал слышать через дощатую перегородку, разделявшую наши спальни, тяжелые припадки утреннего кашля». М. П. Чехов. Антон Чехов на каникулах. — Чехов в восп., 1960, с. 93.

Обсуждает с М. П. Чеховым вопросы уголовного права и системы тюремно-исправительных мер и наказаний.

В воспоминаниях, написанных со слов М. П. Чехова и относящихся ко времени сдачи им выпускных экзаменов перед юридической испытательной комиссией Московского университета в сентябре-октябре 1889 г. (экзамен по уголовному праву, судопроизводству и судоустройству — 3 и 4 октября) говорится: «Антон Павлович очень любил, уже улегшись в постель, стуком в стену извещать брата, что ему хочется с ним поговорить. И начиналась беседа <...> Когда брат его кончал университет, Антон Павлович интересовался юридическими науками и читал его лекции. Ночью он подвергал критике наше уголовное право и пенитенциарную систему. Он не мог понять, почему за такое-то преступление положено 20 лет каторги, а не пятнадцать или семнадцать. <...> Он считал нормы пенитенциарной системы произвольными и никак не мог с ними согласиться. Как человек глубоко гуманный, А<нтон> П<авлович> вообще не мог примириться с уголовной репрессией. “Свалят, — говаривал он, — преступника в каторгу, им больше дела нет до человека, как будто он и не человек, а собака”». О. В-н <О. А. Волькенштейн>. Из воспоминаний об А. П. Чехове. — «Киевская мысль», 1914, 22 апр., № 110.

Ч. ездил на Б. Грузинскую ул. к дочери врача Ольге Шварц, страдающей базедовой болезнью. См. середина декабря. Письма, III, 302—303.

Осень (?). Сумская жительница К. С. Ткаченко в письме (б/д) просит помочь в получении места продавщицы вокзального киоска «Нового времени» — или в Сумах, где, по слухам, нынешней продавщицей «недовольны и ищут другое лицо», или «в близлежащем большом городе». «Я слышала, что вы имеете возможность предоставлять места на вокзальных библиотеках. Поэтому я осмеливаюсь иметь честь просить вас, милостивый государь, похлопотать обо мне. <...> Вы знакомы с Линтваревой Александрой Васильевной. Она меня знает и, думаю, скажет правду обо мне. Если это возможно, то вы меня обяжете ответом мне». Ср. письмо М. А. Суворина к Ч. от августа и письмо Ч. к Е. М. Линтваревой от 8 октября. РГБ.

Введение
Условные сокращения
1860-1873 1874-1875
1876 1877 1878 1879 1880
1881 1882 1883 1884 1885
1886, часть: 1 2 3 4
1887, часть: 1 2 3 4 5
1888, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8
1889, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12
1890, часть: 1 2 3 4 5 6 7 8
1891, часть: 1 2 3 4
© 2000- NIV