Чехов — Дюковскому М. М., 24 июня 1889.

Чехов А. П. Письмо Дюковскому М. М., 24 июня 1889 г. Сумы // Чехов А. П. Полное собрание сочинений и писем: В 30 т. Письма: В 12 т. / АН СССР. Ин-т мировой лит. им. А. М. Горького. — М.: Наука, 1974—1983.

Т. 3. Письма, Октябрь 1888 — декабрь 1889. — М.: Наука, 1976. — С. 225—226.


662. М. М. ДЮКОВСКОМУ

24 июня 1889 г. Сумы.

24 июня.

Отвечаю, милый Михаил Михайлович, на Ваше письмо. Николай выехал из Москвы уже с чахоткою. Развязка представлялась ясною, хотя и не столь близкой. С каждым днем здоровье становилось всё хуже и хуже, и в последние недели Николай не жил, а страдал: спал сидя, не переставая кашлял, задыхался и проч. Если в прошлом были какие вины, то все они сторицей искупились этими страданиями. Сначала он много сердился, болезненно раздражался, но за месяц до смерти стал кроток, ласков и необыкновенно степенен. Всё время мечтал о том, как выздоровеет и начнет писать красками. Часто говорил о Вас и о своих отношениях к Вам. Воспоминания были его чуть ли не единственным удовольствием. За неделю до смерти он приобщился. Умер в полном сознании. Смерти он не ждал; по крайней мере ни разу не заикнулся о ней.

В гробу лежал он с прекраснейшим выражением лица. Мы сняли фотографию. Не знаю, передаст ли фотография это выражение.

Похороны были великолепные. По южному обычаю, несли его в церковь и из церкви на кладбище на руках, без факельщиков и без мрачной колесницы, с хоругвями, в открытом гробе. Крышку несли девушки, а гроб мы. В церкви, пока несли, звонили. Погребли на деревенском кладбище, очень уютном и тихом, где постоянно поют птицы и пахнет медовой травой. Тотчас же после похорон поставили крест, который виден далеко с поля. Завтра девятый день. Будем служить панихиду.

Вся семья благодарит Вас за письмо, а мать, читая его, плакала. Вообще грустно, голубчик.

Очень рад, что Вы женитесь. Поздравляю и желаю всего того, что принято желать при женитьбе.

Я написал Вам коротко, потому что сюжет слишком длинный, не поддающийся описанию на 2—3 листках. Подробности расскажу при свидании, а пока будьте здоровы и счастливы.

Вся моя фамилия Вам кланяется.

Ваш А. Чехов.

На конверте:
                                Москва.
      Михаилу Михайловичу Дюковскому.
У Калужских ворот. Мещанское училище.

Примечания

    662. М. М. ДЮКОВСКОМУ

    24 июня 1889 г.

    Печатается по автографу (ГЛМ). Впервые опубликовано: «Южный край», 1914, № 12136, 2 июля, стр. 6.

    Год устанавливается по почтовым штемпелям: «Почтовый вагон. 24 июня 1889» и «Москва, 26 июня 1889». Ответ на письмо М. М. Дюковского от 20 июня 1889 г. (ГБЛ).

  1. Отвечаю ~ на Ваше письмо. — М. М. Дюковский писал: «Дорогой Антон Павлович! В понедельник 19 июня вечером случайно, просматривая воскресный номер „Нового времени“, я прочел ужасное известие о смерти дорогого моего друга Николая Павловича. Оно было для меня так неожиданно, что я до сих пор не могу признать его чем-то окончательно и бесповоротно совершившимся. Неужели Николая Павловича нет на свете? Вам хорошо известно, какого рода отношения существовали между нами. Я не буду преувеличивать, если скажу, что он был единственный мой друг, и притом друг в самом глубоком смысле. Воспоминания о прошлой жизни, когда мы жили с ним в военной гимназии, теперь представляются мне самым счастливым временем. Не то я считаю важным, что он заставил меня полюбить искусство, а то, что своей детски благородной натурой невольно вызывал хорошие стороны как во мне, так и в других. Вы помните, как в былые времена, когда он имел свой номер и где к нему собиралось разношерстное общество, все как-то перерождались, забывали свои меркантильные интересы, чувствовали себя хорошими и добрыми, а всё потому, что chèr Николя был для всех самый бескорыстный и задушевный человек, а главное, без всякой хитрости. Он имел золотое сердце, был одарен высокохудожественной натурой, но не имел характера, и всё погибло. Отсутствие житейской практичности было в нем поразительное; из нашего кружка не было никого беднее его, а он мог бы иметь хорошее состояние. Тяжело сознавать, что не с кем теперь поделиться своими задушевными мыслями, некому поведать свое горе и радость. Не откажите, Антон Павлович, если у Вас будет свободное время, написать мне о его болезни, последних днях, где и как похоронили. Передайте Евгении Яковлевне и всему Вашему семейству, что я очень и очень сочувствую поразившему их горю; как и Вы, я потерял в нем брата — по духу».

© 2000- NIV