Чехов — Сумбатову (Южину) А. И., 26 февраля 1903.

Чехов А. П. Письмо Сумбатову (Южину) А. И., 26 февраля 1903 г. Ялта // Чехов А. П. Полное собрание сочинений и писем: В 30 т. Письма: В 12 т. / АН СССР. Ин-т мировой лит. им. А. М. Горького. — М.: Наука, 1974—1983.

Т. 11. Письма, июль — декабрь 1903. — М.: Наука, 1982. — С. 164—166.


4021. А. И. СУМБАТОВУ (ЮЖИНУ)

26 февраля 1903 г. Ялта.

26 февр. 1903.

Милый Александр Иванович, большое спасибо тебе за письмо. Я согласен с тобой, о Горьком судить трудно, приходится разбираться в массе того, что пишется и говорится о нем. Пьесы его «На дне» я не видел и плохо знаком с ней, но уж таких рассказов, как, например, «Мой спутник» или «Челкаш», для меня достаточно, чтобы считать его писателем далеко не маленьким. «Фому Гордеева» и «Трое» читать нельзя, это плохие вещи, и «Мещане», по-моему, работа гимназическая, но ведь заслуга Горького не в том, что он понравился, а в том, что он первый в России и вообще в свете заговорил с презрением и отвращением о мещанстве, и заговорил именно как раз в то время, когда общество было подготовлено к этому протесту. И с христианской, и с экономической, и с какой хочешь точки зрения мещанство большое зло, оно, как плотина на реке, всегда служило только для застоя, и вот босяки, хотя и не изящное, хотя и пьяное, но все же надежное средство, по крайней мере оказалось таковым, и плотина если и не прорвана, то дала сильную и опасную течь. Не знаю, понятно ли я выражаюсь. По-моему, будет время, когда произведения Горького забудут, но он сам едва ли будет забыт даже через тысячу лет. Так я думаю, или так мне кажется, а быть может я и ошибаюсь.

В Москве ли ты теперь? Не уехал ли в Ниццу и Монте-Карло? Я частенько вспоминаю наши с тобой юные годы, когда мы с тобой сидели рядом, играли в рулетку. И Потапенко тоже. Кстати сказать, сегодня получил от Потапенки письмо, хочет, чудак, журнал издавать.

Крепко жму тебе руку, будь здоров и благополучен.

Твой А. Чехов.

На конверте:

Москва.
Князю Александру Ивановичу Сумбатову.
Б. Палашовский пер., 5.


Примечания

    4021. А. И. СУМБАТОВУ (ЮЖИНУ)

    26 февраля 1903 г.

    Печатается по автографу (ЦГАЛИ). Впервые опубликовано: Чехов, Лит архив, стр. 239—240.

    Ответ на письмо А. И. Сумбатова (Южина) от 12 февраля 1903 г.; Сумбатов ответил 21 марта (3 апреля) (ГБЛ).

  1. Я согласен с тобой, о Горьком судить трудно... — О М. Горьком Сумбатов писал: «Насколько мне не нравились „Мещане“, настолько нравится „На дне“. Вообще, я Горького не люблю. Он меня не трогает, все его мировоззрение мне совершенно чуждо. Его „Гордеев“ <нрзб> прямо снотворное, а „Трое“ — форменная литературная пугачевщина. Сила в нем чувствуется огромная, и этой силой, нахрапом он забирает наше избалованное читающее общество. Это какой-то лангобард или гунн, напавший на римскую культуру. Может быть, в будущем он и перевернет историю, как покорил теперь демократизованную во вкусах, неразборчивую на увлечения и вместе с тем закормленную досыта хорошими писателями и русскую и заграничную читающую массу, но мне лично не удавалось ничего, буквально ничего прочесть из его сочинений, чтобы не испытать или скуки, или досады, или отвращения, смешанных сплошь да рядом с каким-то страшным чувством, что имеешь дело с большой волей и сильной душой. Первая его вещь, которая мне понравилась почти вся, — „На дне“. Ты из этого видишь, что не jalousie de métier <зависть профессионала> во мне говорит, а одно из двух: или грубость вкуса, или полная противоположность взглядов на все: и на жизнь, и на литературу».

  2. ...заслуга Горького ~ заговорил с презрением и отвращением о мещанстве... — На это Сумбатов отвечал: «...мне хочется тебе одно сказать о Горьком, в ответ на твое замечание о том, что он первый в мире пошел против мещанства. Или мы разно понимаем это слово, или заслуга всей литературы, в настоящем смысле этого слова, начиная с 30-х годов, именно в том и заключается, что она бунтовала против всякого пришибленного обычаем и пошлым опытом проявления мещанской власти над свободной жизнью. Гюго, Диккенс, Лермонтов, даже Гончаров в своем „Обрыве“ — разве все это не схватка с мещанством? И при огромном таланте Горького, мне кажется, нет ему смысла пускаться в ту же борьбу, употребляя оружием ее раскраску таких явлений, наравне с которыми даже мещанство кажется чем-то сносным. Главное, я совсем не критик. Я, например — ей-богу, не в комплимент, как говорят немцы, — совсем не лажу с твоим мировоззрением, а люблю твои вещи, пожалуй, больше всего, что написано за последние 25 лет. Да не пожалуй, а просто больше. И, по-моему, уж если говорить о борьбе с мещанством, то ты более простыми, но гораздо более сильными приемами гонишь его из жизни. Так заклеймить научное мещанство, как ты это сделал в „Дяде Ване“, как ты это делаешь повсюду, вряд ли удастся теми приемами, какие практикует Горький. Впрочем, повторяю, я не критик. Знаю только что я, как мне в ранней юности говорила одна девица, Горького „не люблю, но вполне уважаю“».

  3. ...вспоминаю ~ когда мы с тобой сидели рядом, играли в рулетку. — В марте, 1898 г. к Чехову в Ниццу приехали А. И. Сумбатов (Южин) и И. Н. Потапенко (см. об этом в т. 7 Писем, стр. 179—182).

  4. ...от Потапенки письмо, хочет, чудак, журнал издавать. — Письмо от 21 февраля 1903 г. (см. предыдущее письмо и примечания к нему).

© 2000- NIV