Чехов А. П. Наше нищенство.

Чехов А. П. Наше нищенство // Чехов А. П. Полное собрание сочинений и писем: В 30 т. Сочинения: В 18 т. / АН СССР. Ин-т мировой лит. им. А. М. Горького. — М.: Наука, 1974—1982.

Т. 16: Сочинения. 1881—1902. — М.: Наука, 1979. — С. 238—241.


НАШЕ НИЩЕНСТВО

Политико-экономы и полицейское право, ведущие борьбу с уличным нищенством, говорят: «Ради блага человечества не подавайте ни копейки!» Эту фразу следует видоизменить таким образом: «Ради блага человечества не просите милостыни», и вторая форма, кажется, будет ближе к решению вопроса, чем первая. Ведь берут и просят гораздо чаще, чем дают. Редко кто умеет и любит давать. Русский человек, например, ужасно застенчив, когда дает или предлагает, зато просить и брать он умеет и любит, и это даже вошло у него в привычку и составляет одно из его коренных свойств. Это свойство присуще в одинаковой степени всем слоям общества: и уличным нищим, и их благодетелям. В низших слоях развита и веками воспитана страсть к нищенству, попрошайничеству, приживальству, а в средних и высших — ко всякого рода одолжениям, любезностям, пособиям, заимствованиям, уступкам, скидкам, льготам... Извозчик просит прибавки, трактирный официант презирает того, кто не дает ему на чай, акушерка не стыдится стоять на крестинах с тарелочкой и собирать с гостей двугривенные, драматург со спокойной совестью заимствует чужие пьесы и выдает их за свои, одна десятая пассажиров в каждом поезде едет бесплатно, в театрах, загородных садах и в цирках даровые посетители составляют необходимое, привычное зло, с которым не решится вести борьбу ни один антрепренер; в каждом правлении железной дороги или банка вы найдете с десяток порядочных, очень приличных людей, получающих жалованье совершенно даром; ни один чиновник не откажется от пособия или командировки, и любой врач подтвердит, что добрая половина тех медицинских свидетельств, которые прилагаются к прошениям об отпусках и пособиях, выдаются из любезности, а не по совести. У самой щепетильной и совестливой части общества — у молодежи — стипендии, пособия, подписки, концерты с даровыми исполнителями давно уже стали обычаем; Общество вспомоществования недостаточным студентам никак не может получить долгов с своих бывших клиентов, и, кажется, не было еще примера, чтобы студент, ставши богатым человеком, считал нужным возвратить свою стипендию. О неуважении к мелким долгам и авансам, о зачитывании чужих книг и рукописей, о том, что из ста тысяч читающих за чтение платит только одна тысяча, нечего и говорить. Каждый интеллигентный человек читал Тургенева и Толстого, но далеко не каждый платил за их сочинения.

Красть безнравственно, но брать можно. Адвокат берет за свое участие в бракоразводном процессе minimum четыре тысячи не потому, что это должно, а потому что можно. Художник за свою картину, написанную в пять дней, просит десять тысяч, артист просит за сезон двадцать две тысячи, и никто за это не называет их дурными людьми. Можно брать — и они в глазах общества правы.

И сознание, что «это можно», всякого просящего и берущего спасает от стыда и неловкого чувства. Иная полковница, почтенная мать семейства, стыдится, что у нее седые волосы, но ей нисколько не стыдно ехать в поезде по билету агента или сидеть в партере театра по контрамарке, взятой у знакомого капельдинера. Стыдно лгать, но не стыдно просить у доктора медицинского свидетельства, чтобы одурачить казну и содрать с нее ни за что ни про что 200—300—1 000 рублей, не стыдно просить у влиятельной особы места для человека, заведомо неспособного. Порядочный человек не перестает быть порядочным оттого, что даром получает жалованье или едет в командировку, над которой сам же смеется. О пособиях, подписках, даровых жалованьях, о бесплатных билетах и контрамарках, о зачитанных книгах и проч. все говорят вслух, никто не краснеет, все чувствуют себя прекрасно и все милые люди.

Те, кому все это несимпатично в русском человеке, оправдывают его рудинскими свойствами его характера, именно тем, что русский человек относится одинаково беспечно как к чужой, так и к своей собственности: он зря берет и в то же время зря дает. Пусть так. Но ведь человеку, кроме характера и темперамента, дана еще способность рассуждать; кто берется оправдывать или обвинять, тот не должен забывать об этой способности. Каждый зря просящий и зря берущий, если он не извозчик и не официант, легко может рассудить и понять, что все эти одолжения, любезности, уступки, скидки и льготы не так невинны, как кажется, что за кулисами всего этого чрезвычайно часто кроются несправедливость, произвол, насилие над чужою совестью, эксплуатация чужого чувства, преступление. Разве начальник станции, дающий даровой билет, не крадет? Разве льгота, данная Ивану, не служит в ущерб Петру?

Хуже всего, что беспечность и художественный беспорядок, царящие в отношениях русского человека к чужой собственности, попрошайничество и страсть получать незаслуженно и даром воспитали в обществе дурную привычку не уважать чужой труд. Барин, играющий в винт, нимало не думает о своем кучере, мерзнущем на дворе; так и наше общество привыкло не думать о том, что сельское духовенство работает почти даром и живет впроголодь, учителя, получающие за свой тяжелый труд гроши, бедствуют, что в городских больницах работает даром, ничего не получая от общества, масса молодых врачей и что тот же злополучный Дрейпельхер, на которого была возложена громадная ответственность, получал от общества, его осудившего, гроши. Редко кто ратует за прибавку жалованья, например, офицерам или почтовым чиновникам, но за убавку готово стоять большинство. Чем дешевле, тем лучше, а если даром, то это еще лучше.

Уличное нищенство — это только маленькая частность большого общего. Нужно бороться не с ним, а с производящею причиною. Когда общество во всех своих слоях, сверху донизу, научится уважать чужой труд и чужую копейку, нищенство уличное, домашнее и всякое другое исчезнет само собою.

Примечания

    НАШЕ НИЩЕНСТВО

    Впервые — «Новое время», 1888, № 4587, 4 декабря, стр. 1—2. Без подписи.

    Печатается по газетному тексту.

    Сохранился конверт, на котором слева, в углу, рукой Чехова написано: «1) Фокусники 2) В Москве 3) Некролог Бандакова 4) Из Сибири 5) Наши нищие» (ЦГАЛИ).

    18 ноября 1888 г. Чехов писал Суворину: «Посылаю Вам, Алексей Сергеевич, заметку». В тот же день — Ал. П. Чехову: «Сегодня я послал третью передовую». Упоминание о фельетоне «Наше нищенство» есть и в письме к Е. М. Линтваревой от 23 ноября.

    Заметка Чехова написана под воздействием трактата Толстого «Так что же нам делать?» (1882, 1884—1886), часть которого посвящена городским нищим, и содержит реминисценцию из него.

    Части статьи Толстого печатались в журнале «Русское богатство» (1885, № 3, 4, 9, 10, 12; 1886, № 5—6). Чехов следил за их публикациями, о чем есть сведения в его письме к М. В. Киселевой от 14 января 1887 г. Затем трактат вошел в книгу «Сочинения графа Л. Н. Толстого. Часть двенадцатая. Произведения последних годов». М., типография А. И. Мамонтова и Ко, 1886. В личной библиотеке Чехова сохранился этот том (Чехов и его среда, стр. 301—302).

    В конце 1886 — начале 1887 г. Чехов написал рассказы: «Сестра», «Нищий», «Встреча», «Казак», «Миряне», в которых затронуты, в той или иной мере, вопросы, поднятые в философских произведениях Толстого 1880—1886 гг. (см. тт. V—VI Сочинений). Среди них — «Нищий» — на тему об уличном нищенстве (т. VI Сочинений, стр. 24—29, 629).

    Толстой присоединялся к призыву: «не подавайте ни копейки!», так как убедился в том, «что деньгами не мог изменить той несчастной жизни, которую ведут эти люди» («Сочинения графа Л. Н. Толстого», ч. 12-я, стр. 325). Он писал, что «Москва полна нищими» (стр. 269). Переехав в Москву в 1881 году, Толстой видел, что «городовые водили нищих в участок и потом в Юсупов рабочий дом» (стр. 270). Сначала он думал помочь нищим, собирая деньги и раздавая их, но вскоре осознал бесплодность этого занятия: «Большинство несчастных <...> были несчастные только потому, что они потеряли способность, охоту и привычку зарабатывать свой хлеб...» (стр. 324). Толстой сталкивался со случаями прямого обмана: просили денег на билет домой, а потом попадались на улице. В то же время два мужика, Петр и Семен, усердно работали, пилили дрова на Воробьевых горах (стр. 270—272). В рассказе «Нищий» Чехов изобразил подобный случай — Лушков обманывает присяжного поверенного Скворцова. В конце рассказа автор говорил о необходимости перевоспитания личным примером людей, отвыкших от труда. Таков же был вывод, сделанный Сютаевым, крестьянином, знакомым Толстого, и принятый Толстым: «...он <нищий> будет видеть, как я работаю, будет учиться, как жить...» (стр. 337).

    В «Нашем нищенстве» Чехов идет дальше: ему кажется, что ближе к решению вопроса фраза: «не просите милостыни», что нужно бороться не с нищенством, «а с производящею причиною». В этой статье Чехов ставит вопрос шире, чем в «Нищем» и чем Толстой в трактате: он анализирует «страсть получать незаслуженно и даром», проявляющуюся в разных слоях общества. Невольно его мысль обращается опять к Толстому там, где он взывает к совести людей, не уважающих чужой труд, чужую жизнь, чужое время. Одна чеховская фраза: «Барин, играющий в винт, нимало не думает о своем кучере, мерзнущем на дворе», заставляет вспомнить следующий отрывок из трактата Толстого: «Так как же здесь, в этих наших весельях, на нас напала слепота, и мы не видим той лещетки, которою мы зажали хвосты всех тех людей, которые страдают для нашего веселья?

    Ведь каждая из женщин, которая поехала на этот бал в 150-ти рублевом платье <...>, жила и в деревне, видела мужиков <...>, она знала, что она на этом бале носила на своем оголенном теле ту избу, которая есть мечта брата ее доброй горничной? <...> Не могла она не знать тоже того, что в эту ночь мороз доходил до 28 градусов и что кучер-старик сидел в этот мороз всю ночь на козлах. Но я знаю, что они точно не видят этого» («Сочинения графа Л. Н. Толстого», ч. 12-я, стр. 359—360).

    Выход Чехов находит в том, что все должны научиться «уважать чужой труд». Толстой писал: «...стыдно, тяжело, нельзя есть и не работать <...> нужно только излечиться от того безумия <...>, что некоторым людям не полагается работать» (стр. 440, 445).

    В заметке отразились и события из личной жизни Чехова. «О неуважении к мелким долгам и авансам, о зачитывании чужих книг и рукописей» не раз говорил он в те годы в письмах. 23 апреля 1888 г. сообщал Лейкину: «Привожу в порядок свою библиотеку и даю себе слово впредь никому не давать читать книг. Масса разокрадена». 11 марта 1889 г. уведомлял И. Л. Леонтьева (Щеглова): «Ваши книги я запаковал, связал веревкой и спрятал. Пусть лучше изображают из себя лежачий и мертвый капитал, чем рисковать ежеминутно быть украденными любознательными читателями, наполовину уже разворовавшими мою вифлиотеку». Вскоре после напечатания «Нашего нищенства» Чехов признавался Суворину в письме 23 декабря 1888 г.: «...начинаю я временами ненавидеть <...> Длинные, глупые разговоры, гости, просители, рублевые, двух- и трехрублевые подачки, траты на извозчиков ради больных, не дающих мне ни гроша <...> Берут у меня взаймы и не отдают, книги тащат, временем моим не дорожат...» Непорядочность в отношении к чужой собственности, чужому труду и времени раздражала Чехова и позже. 7 ноября 1889 г. он писал Суворину: «Получил от Евреиновой письмо <...> Господа философы, социологи и политико-экономы забирают авансы и уходят из журнала, оставляя пустую кассу. Ах, как мало на этом свете денежно-порядочных людей! Сегодня был у меня мой портной и жаловался. Платье носят, а платить за него не хотят».

    Весной 1888 г. с Чеховым произошел случай, подобный тому, который описал Толстой (о нищем мальчике Сереже, взятом им на кухню, но пожелавшем зарабатывать хлеб более легким трудом. — «Сочинения графа Л. Н. Толстого», ч. 12-я, стр. 219—221). Двенадцатилетний подросток Дмитрий Иванов уверял Чехова, что хочет работать, но ему нужно денег на билет в Ярославль, где жила его тетя. М. П. Чехова собрала денег, дала одежду, и Чехов писал 14 апреля 1888 г. Л. Н. Трефолеву, прося его найти Иванову занятие. В том же письме Чехов отмечал и дурное влияние попрошайничества на этого ребенка: «много врет, сочиняет болезни и проч.» Мальчик оказался обманщиком.

    Тема уличного нищенства затронута Чеховым в «Осколках московской жизни» (наст. том, стр. 69—70).

  1. Стр. 238. ...полицейское право ~ борьбу с уличным нищенством... — Толстой описал арест толпы нищих в Москве: «Раз я встретил на Мясницкой толпу таких нищих, человек с тридцать. Спереди и сзади шли городовые. Я спросил: За что?

    — За прошение милостыни» («Сочинения графа Л. Н. Толстого», ч. 12-я, стр. 270).

  2. Стр. 240. ...Общество вспомоществования ~ возвратить свою стипендию. — См. примеч. к статье «Злостные банкроты», стр. 409—410.

  3. Стр. 240—241. ...рудинскими свойствами его характера ~ зря дает. — Речь идет о житье Рудина за чужой счет (И. С. Тургенев. Рудин. Гл. V и VI).

  4. Стр. 241. ...злополучный Дрейпельхер... — О деле врача Э. Э. Дрейпельхера 11—12 января 1888 г. в Петербургском окружном суде см.: «Новое время», 1888, № 4264—4265, 12—13 января.

© 2000- NIV