ВРАЧЕБНОЕ ДЕЛО В РОССИИ

Печатается впервые, по автографу (ЦГАЛИ). Небольшие выдержки приведены в ПССП, т. XII, стр. 349.

Описание рукописи и ее источниковедческий анализ сделаны Н. Ф. Бельчиковым в статье «Неизвестный опыт научной работы Чехова» (Чехов и его среда, стр. 105—133).

«замыслил после 1884 г. — окончания медицинского факультета» (письмо к С. П. Дягилеву от 20 декабря 1901 г.). В переписке Чехова и в воспоминаниях современников нет другого прямого указания на этот замысел. Н. А. Лейкину 4 ноября 1884 г. Чехов писал: «По утрам и вечерам готовлюсь к докторскому экзамену». Речь идет, по-видимому, именно о диссертации, публичная защита которой и являлась условием получения звания доктора медицины (при окончании университета давалось звание лекаря). Возможно, что замысел диссертации исторического характера родился у Чехова после бесед, летом 1884 года, с соседом по Воскресенску — мировым судьей Звенигородского уезда Павлом Дмитриевичем Голохвастовым. «Бываю в камере мирового судьи Голохвастова — известного сотрудника „Руси“», — писал Чехов Лейкину 25 июня 1884 г. из Воскресенска. Голохвастов был довольно известным историком, часть его трудов по истории Смутного времени осталась неопубликованной (см. заметку о нем в Энциклопедическом словаре Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона, т. IX, стр. 111); но значительно более серьезным и известным историком был его отец, Дмитрий Павлович Голохвастов, в свое время, в частности, издавший научно подготовленный «Домострой» (1849), Вполне законно предположить, что и «Домострой», и один из самых важных источников по истории Смутного времени — двухтомник Н. Г. Устрялова «Сказания современников о Димитрии Самозванце» — Чехов получил от нового знакомого, который сумел увлечь молодого врача своими историческими интересами. Чехову, вероятно, показалась привлекательной возможность совместить интерес к медицине с гуманитарными интересами. Как показывают сделанные им выписки, свою тему он понимал широко — его внимание привлекало и положение врачей в обществе, и народные средства, и секреты различного знахарства, и обрядовые формы; понимал он и необходимость общего исторического фона. Увлечение Чехова этой работой продолжалось еще и осенью 1885 года — в октябре он писал Лейкину: «Я занят целый день до того, что в театре еще ни разу не был за всю осень. Следить за наукой и работать — большая разница». Эти два года — 1884, 1885 — проставлены самим Чеховым под заголовком рукописи. По-видимому, в дальнейшем систематическая работа уже не шла, но отдельные записи делались Чеховым и позже. Вид рукописи и почерк позволяют сделать заключение, что цитата из Шопенгауэра (см. XVI источник по принятой нами нумерации) была внесена Чеховым позднее, чем сделанные на том же листе выписки, причем позднее на несколько лет: запись отделана и она сделана совсем другим почерком, почерком Чехова послесахалинского периода. Возможно, что цитата из Шопенгауэра относится ко времени работы над повестью «Палата № 6», то есть к 1892 г. (О том, что в это время Чехов читал А. Шопенгауэра, писал А. П. Скафтымов в статье «О повестях Чехова „Палата № 6“ и „Моя жизнь“». — См. в сборнике его статей: Нравственные искания русских писателей. М., 1972, стр. 387—389). В том же 1892 г., в декабре, Чехов написал и послал в газету «Новое время» небольшую заметку под названием «От какой болезни умер Ирод?» (см. стр. 259 наст. тома). Хотя заметка не связана с русской историей, связь ее с общим направлением интересов Чехова в области истории медицины очевидна. Читая исторические источники в 1884—1885 годах, Чехов проникся стилем исторической прозы Н. М. Карамзина (влияние этой прозы чувствуется и на стиле заметки «От какой болезни умер Ирод?»), научился решать историко-медицинские загадки. В конверте с записями к «Врачебному делу» нет ничего относящегося к болезни царя Ирода. Но тут есть цитата из Эрнеста Ренана (см. XVII), которая попалась Чехову на глаза скорее всего, когда он читал научную литературу о начале христианской эры. Ренан, как и упомянутый в заметке «От какой болезни умер Ирод?» Ф.-В. Фаррар, был биографом Христа, и вполне естественно предположить, что Чехов, готовя свою заметку, пересмотрел соответствующие книги.

Чехова послесахалинского периода.

 г. Чехов вернулся к своим старым записям в связи с тем, что А. С. Суворин, для собственной работы, спрашивал Чехова о падучей болезни, о ее признаках, о том, мог ли зарезать себя, в припадке падучей болезни, маленький царевич Димитрий. Суворин в это время печатал в «Новом времени» критические очерки о Дмитрии Самозванце, впоследствии изданные отдельно. Чехов написал Суворину компетентно — и как врач, и как историк: «...Вы, не специалист, не разберетесь в медицинском хаосе. Я возьму клочок бумаги и вкратце набросаю Вам все, что нужно, и объясню, буде сумею. Зарезать себя мальчик мог. Известно ли, какой нож был у него в руках? Но главное — падучая была у него наследственная, которая была бы у него и в старости, если бы он остался жив. Стало быть, самозванец был в самом деле самозванцем, так как падучей у него не было. Когда случится писать об этом, то скажите, что сию Америку открыл врач Чехов, — больше мне от Вас ничего не нужно» (см.  IV Писем, стр. 42). Маленькое открытие Чехова зафиксировано им в материалах к «Врачебному делу» (см. VIII). Оно не пригодилось историкам, но оно говорит о большой внимательности Чехова, о своего рода исторической наблюдательности врача.

«сию Америку открыл доктор Чехов». (Прямой ссылки на Чехова мы у Суворина не обнаружили, но в его книге «О Дмитрии Самозванце», где собраны очерки, читаем: «Об эпилепсии Самозванца современники могли и молчать, да и припадки могли быть редки и он их тщательно скрывал. А если Самозванец был эпилептик, он — Димитрий» — СПб., 1906, стр. 142.) Эта просьба Чехова — единственная. Даже свою заметку «От какой болезни умер Ирод?» Чехов напечатал под псевдонимом и авторство свое всегда скрывал, совсем не стремясь к известности. Скрывал он и вообще свои занятия историей медицины. Не стали ли они представляться ему какой-то формой ухода от действительности? Намек на это ощутим в рассказе 1888 г. «Житейская мелочь», где описаны мечты практикующего врача «сидеть в башенке с одним окошком, прислушиваться к печальному звону и писать историю медицины в России» (впоследствии рассказ назван «Неприятность»; цитируемое место из рассказа в окончательном варианте было убрано — см. т. VII Сочинений, стр. 534. На связь его с «Врачебным делом» обратил внимание еще С. Д. Балухатый — см. Чехов и его среда 108, 109). Доктор А. А. Архангельский вспоминает свой разговор с Чеховым по поводу написанного им «Отчета по осмотру русских психиатрических заведений»: «А. П. заинтересовался „Отчетом“, пересмотрел его, тщательно прочел его заключительную часть и обратился ко мне с вопросом: „А ведь хорошо бы описать так же тюрьмы, как вы думаете?“»

Разговор Чехова с Архангельским относится к началу 1887 г. (изданный отчет помечен: 12 июня 1887 г., Воскресенск). Значит, в начале 1887 г. Чехов уже стремился придать своим научным интересам более общественно важный характер, осуществить их в формах, наиболее приспособленных к непосредственному воздействию на реальную жизнь его современников. Вскоре Чехов принял решение поехать на Сахалин, и если в дальнейшем история медицины и продолжала в какой-то степени его интересовать, то уже не как замысел диссертационной работы.

Позднее, после Сахалина, Чехов задумал еще одну работу научного плана, но уже в области просвещения: «Я готовлю материал для книги, вроде „Сахалина“, в которой изображу все 60 земских школ нашего уезда, взявши исключительно их бытовую, хозяйственную сторону. Это земцам на потребу» (письмо Суворину от 14 декабря 1896 г.). Эта работа не была осуществлена из-за ухудшения здоровья и необходимости покинуть Серпуховской уезд, переехать в Ялту. Но от этой работы не осталось такого весомого результата, как рукопись «Врачебное дело в России», говорящая прежде всего о том, как много времени и труда было затрачено на неосуществившуюся диссертацию. Кстати, и сам факт сохранности этой рукописи не случаен — ведь известно, что Чехов уничтожал свои черновики, не хранил ничего лишнего. Значит, в этих материалах он видел ценность, быть может — собирался опять к ним обратиться или что-нибудь в них почерпнуть.

Следует отметить, что, заинтересовавшись историей медицины в чисто врачебном аспекте, Чехов, однако, подошел к этой теме с широких гуманитарных позиций. Его интересовали давно прошедшие войны, эпидемии, «глады», быт и нравы людей, жестокость казней и людоедства, которые соседствовали с разумностью и веселостью народной жизни. Именно сочетание толкового и бессмысленного, мудрости народного опыта и нелепости суеверий видит Чехов у истоков народной медицины, фиксируя в своих записях то и другое.

Вопросы живой жизни вытесняли исторические интересы; была, возможно, и другая причина того, почему Чехов не довел работу до конца. В процессе чтения он, вероятно, увидел, как далек он от этого конца. А. Роскин писал уже, что кратковременное, пусть даже и доскональное штудирование исторических источников не заменяло систематического образования, и, начав работу, Чехов в этом убедился. (См. статью «Чехов и наука» в сб.: А. Роскин. Чехов. М., 1959.) Чехов успел изучить лишь самое основное — несколько книг, стоявших в то время на полке у образованного человека, как «История государства Российского» Н. М. Карамзина или «Полное собрание русских летописей». Добавим к этому, что непосредственно к первоисточникам Чехов не обращался. В чеховиане мы встречаем постоянные указания, будто Чехов работал с рукописями, с летописями и проч. Эти указания основаны на ошибочном представлении. Чехов работал лишь с изданиями, в которых первоисточники были уже обработаны и сведены, как двухтомник Н. Г. Устрялова «Сказания современников о Димитрии Самозванце», и со списками книг, которые ему только еще предстояло прочесть. Не изучение, а всего только еще сбор этого материала мог подвести Чехова к мысли о необозримости его замысла, о невозможности решить эту задачу при ежедневной занятости и литературой, и практической медициной. Чтобы выйти на самостоятельный научный путь, следовало целиком отдаться исторической теме, а этого Чехов не мог и, вероятно, не хотел.

Как врач Чехов был учеником московского профессора Г. А. Захарьина — одного из лучших русских врачей, основателя русской психотерапии. В лекциях Захарьина, которые Чехов слушал в университете, большое место уделялось отношениям больного и врача, воздействию врача на психику больного и другим проблемам, которые могли интересовать Чехова и как художника. Возможно, что именно этот интерес к психотерапевтическому воздействию на больного заставил Чехова уделить много внимания таким формам народной медицины, как шаманство, знахарство, «колдовство» и проч. Различным суевериям, наговорам, заговорам отведено в выписках большое место. Возможно, что не оставила Чехова равнодушным и чисто поэтическая их сторона: многие заговоры — это шедевры русского народного творчества.

Последовательность листов в их теперешнем архивном хранении не соответствует последовательности работы Чехова над разными источниками. Так, лист 29 по нынешней нумерации (сам Чехов листы не пронумеровал) содержит его суждения, относящиеся к содержанию летописей, следовательно, записанные после их чтения, а выписка из этой же летописи находится на л. 45. В обратном порядке лежат лл. 14—15 и лл. 35—37. Разрозненными оказались выписки из двухтомника Н. Г. Устрялова «Сказания современников о Димитрии Самозванце». Этот двухтомный труд состоит из пяти частей, каждая из которых была проработана Чеховым на отдельном листе: теперь они лежат в разных местах, что, кстати, и ввело в заблуждение исследователей, полагавших, что Чехов работал непосредственно с самими этими источниками. На самом деле они были взяты из свода источников.

Поскольку расположение материала не соответствует авторской последовательности, — ни по сути, ни по хронологии, — в издании принят порядок расположения материала сообразно исторической последовательности: фольклор, летописи, исторические труды. Кстати, имеются доказательства того, что Чехов читал «Историю государства Российского» после летописей (что также противоречит архивной последовательности листов: читая Карамзина, он приводит для сравнения цитату из Летописи Нестора). В конце сосредоточены списки книг, составленные Чеховым, записи общего характера, относящиеся к сути данной работы и подводящие ей итог. Здесь же записанные Чеховым народные медицинские средства, а также сделанная им газетная вырезка — «Врачебная помощь на фабриках и заводах».

Классифицированные нами по принятому хронологическому принципу источники обозначены римскими цифрами. Для сравнения приводим список листов, как они сейчас расположены в архиве, с чеховскими заголовками:

л. I. <Заголовок:> Врачебное дело в России. 1884, 1885.

л. 1 и об. Дневник Самуила Маскевича (1594—1621, пер. с польского. Н. Устрялов).

л. 2. Калеки перехожие. Сборник стихов и исследование П. Бессонова. Москва, 1861.

л. 3 — л. 12 об. — Русский народ. Его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. Собр. М. Забылиным. Москва, 1880.

л. 13—15 об. Песни, собранные П. В. Киреевским. Изд. ОЛРС, 1868.

л. 16 <Записи самого Чехова — местные средства:> От лишаев...

л. 17—22. Карамзин. История Государства Российского. 1818, т. I—III.

лл. 23—24. Сказания современников о Димитрии Самозванце. ч. I, Берова летопись московская, 1831.

л. 25. Рукопись Жолкевского.

л. 26. Записи Георга Паерле (Georg Peyerle) о путешествии его...

л. 27. и об., л. 28. Каталог Межова 1869.

л. 29 <Записи самого Чехова:> De omnibus rebus.

л. 30. Таинственные чары. Волшебная книга великих открытий. Соч. гр. Колиостро, 1876.

л. 31 и об. Дневник Марины Мнишек. С 1605 года по 1608. Перевод с польского рукописи. 1834 (Устрялов).

л. 32 и об. Сказания Массы и Геркмана о Смутном времени в России. Изд. Арх. комиссии. 1834.

л. 33. Глады.

л. 34. <Список книг...> Снегирев. Русские в своих пословицах...

л. 35 и об. Псковская вторая летопись.

л. 36. Софийская первая. Продолжение.

л. 37 и об. <Окончание записей по Псковской второй и начало по Софийской первой летописи>

л. 38 и об., л. 39. Домострой благовещенского попа Сильвестра. Сообщ. Д. П. Голохвастовым.

л. 40—42. Снегирев. Русские народные пословицы и притчи. 1848.

л. 43. <Выписка из Ренана>

л. 44—45 об. Лаврентиевская летопись. 1846.

л. 45 об. Троицкая летопись.

л. 46 и об. Розыск о смерти царевича Димитрия углицкого, составленный из государственных актов... (Н. Устрялов).

л. 47. <Газетная вырезка (без середины)> «Врачебная помощь на фабриках и заводах», подпись: А. В. Погожев.

л. 28. <Конверт с надписью:> «Врачебное дело в России».

источника и пояснения даны в примечаниях. Кроме того, так как названия книг повторяются, составлен «Указатель источников, использованных и упомянутых Чеховым в материалах к диссертации „Врачебное дело в России“»¹. Книги, названные Чеховым сокращенно, здесь описаны полностью (за некоторыми исключениями — не все книги удалось найти или даже установить библиографически).

же, напротив, закончилась. Эти особенности сохранены.

 И. Коробова. Судя по тому, что порою эта смена происходит на середине фразы, Чехов передавал ему перо и диктовал с книги. Эти случаи оговорены в подстрочных сносках.

уточняет дату и проч. Эти места подчеркнуты линейкой. Они дают читателю представление о ходе мысли Чехова, о степени внимательности его чтения. В тех случаях, когда Чехов забывал поставить свою прямую или волнистую черту, но слова отсутствуют в печатном тексте, откуда бралась цитата, мы также подчеркиваем их. Там, где Чехову принадлежат связные отрывки, текст набран корпусом.

I.	Калеки перехожие. Сборник стихов и исследование П. Бессонова. М. 1861.
II.	Песни, собранные П. В. Киреевским. Изданы Обществом любителей российской словесности. Вып. 1—10. М., 1860—1874. Чехов сделал выписки из первых семи выпусков «Песен». Цифры в ссылках означают: номер выпуска, номер варианта песни, порядковую цифру стиха и страницу книги.
III.	Русские народные пословицы и притчи, изданные И. Снегиревым. С предисловием и дополнениями. М., 1848. «Новый сборник русских пословиц и притчей, служащий дополнением к собранию русских народных пословиц и притчей, изданных в 1848 году И. Снегиревым». Обе книги были в библиотеке Чехова (см. Чехов и его среда, стр. 382), переплетенные вместе. Медицинские пословицы, предназначенные Чеховым для переписывания, были подчеркнуты красным карандашом. Ржа ест железо, а печаль сердце. — Эта пословица использована Чеховым в повести «Моя жизнь». См. т. IX Сочинений, стр. 497.
IV.	Полное собрание русских летописей, изданное по Высочайшему повелению Археографическою комиссиею. Том I, Лаврентиевская и Троицкая летописи. СПб., 1846. (Этот том находился в библиотеке Чехова — см. Чехов и его среда, стр. 366; книга принадлежала его брату Михаилу Павловичу.) То же, том V. Псковские и Софийские летописи. СПб., 1851.
V.	Домострой благовещенского попа Сильвестра. Сообщено действительным членом имп. общества истории и древностей Российских при Московском Университете Дмитрием Павловичем Голохвастовым. М., 1849.  М. Коншину, Главному архиву иностранных дел, М. П. Погодину, И. Н. Царскому и Т. Ф. Большакову. Цитируя, Чехов соблюдает точность в сравнении списков. Но нумерация страниц, с которых взята та или иная цитата, дана им приблизительно — иногда цифра названа начальная, иногда последняя, иногда просто ошибочная. Цитация оборвана на полуслове — возможно, Чехову пришлось неожиданно вернуть книгу. Последняя выписка делалась со стр. 100.
VI.	Русский народ. Его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. Собр. М. Забылиным. Москва, 1880. Приведенный в начале список книг взят Чеховым из предисловия составителя (на стр. II—III). В этом списке пропущена только «История государства Российского», которая, по-видимому, уже была у Чехова — см. VII. К стр. 300. История Малой России Бантыш-Каменского, ч. 2, М., 1830, стр. 64. — В цитируемом источнике не была указана страница — 64. Ссылка означает, что Чехов тут же посмотрел эту книгу сам.
VII.	Н. М. Карамзин. История государства Российского. Издание второе, дополненное. СПб., 1818, тт. I—III. Время работы Чехова над «Историей государства Российского» может быть несколько уточнено тем, что в своей заметке «О марте» Чехов цитирует Карамзина: «Карамзин думал, что наши предки жгли в марте березовый уголь, откуда, по его мнению, и произошло прозвище Березозол» (см. т. III Сочинений, стр. 190). Заметка написана в марте 1885 г. К этому времени уже были проштудированы Летописи — выписки из «Истории государства Российского» Чехов дополнил своими сопоставлениями с Летописями. (От слов бога деля или бога ради). — Замечание Карамзина по поводу этимологии этого слова запомнилось Чехову. П. А. Архангельский вспоминает: «А вы, — сказал Антон Павлович, обращаясь ко мне, — неправильно пишете слово „богадельня“ через „ять“: вероятно, вы производите от слова „божие-дело“, а оно происходит от „бога-деля“, то есть для бога, а следовательно, нужно писать через „е“» (П. А. Архангельский. Из воспоминаний об Антоне Павловиче. Сообщение в общем собрании благотворительного Общества при Воскресенской земской лечебнице, сент. 19, 1910. — «Отчет благотворительного общества при Воскресенской земской лечебнице...». М., 1911, стр. 31).
VIII.	Н. Г. Устрялов. Сказания современников о Димитрии Самозванце. Этот двухтомник издавался три раза и состоял из пяти частей, выходивших — при первой публикации — в разное время. Чтобы проследить нумерацию страниц, приведенную Чеховым, надо пользоваться тем изданием, которое было в его руках. Из экземпляров, имеющихся в Гос. библиотеке СССР им. В. И. Ленина, особенно удобно пользоваться тем, который имеет шифр W 53/36. Приводим описание частей: Издание 2, часть I. Берова летопись московская. СПб., 1837. Перевод с немецкого. (К рукописи Мартина Бера приложены записки шведского посланника Петрея де Ерлезунда, изданные в 1620 году на шведском языке). Часть II. СПб., 1832. «Описание путешествия Ганса Георга Паерле, уроженца Аугсбургского, с господами Андреасом Натаном и Бернгардом Манлихом младшим, из Кракова в Москву и из Москвы в Краков, с 19 марта 1606 года по 15 декабря 1608 г. Перевод с немецкой рукописи». (Георг Паерле, торговец из Аугсбурга, сидел в тюрьме полтора года и был освобожден во время восстания,
	вместе с польскими послами, В. И. Шуйским.) Здесь же напечатан «Розыск о смерти царевича Димитрия Угличского, составленный из государственных актов и современных записок». Часть III. СПб. 1832. Записки Маржерета и Президента де-Ту. Яков Маржерет, француз, капитан иноземных телохранителей Бориса Годунова и Димитрия Самозванца, находился в России с 1600 г. В 1606 г. он, не пожелав служить В. И. Шуйскому, уехал во Францию и издал книгу: «Состояние Российской державы и великого княжества Московского с присовокуплением известий о достопамятных событиях, случившихся в правление четырех государей, с 1590 года по сентябрь 1606. Сочинение капитана Маржерета». Часть IV. Дневник Марины Мнишек и послов польских. СПб., 1834. Послы — это послы Сигизмунда к Димитрию, Николай Олесницкий и его секретарь Александр Госневский. Марина Мнишек — жена первого Лжедимитрия, от которой осталось много писем, дневников и пр. Часть V. Дневник Самуила Маскевича. 1594—1621. Перевод с польской рукописи. С. Маскевич, родом литвин, польский помещик, участник отряда гетмана Жолкевского, как пишет в предисловии Устрялов, «убрался в отечество незадолго до восстания Пожарского».
IX.	Сказания Массы и Геркмана о Смутном времени в России. Изд. Археографической комиссии. СПб., 1874. В этом издании даны, в переводе кн. Шаховского, два голландских памятника: Исаак Масса. «Краткое повествование о начале и происхождении современных войн и смут в Московии, бывшем в непродолжительный период царствования нескольких государей ее, до 1610 года», и Элиас Геркман. «Историческое повествование о важнейших смутах в государстве Русском, виновником которых был царевич князь Дмитрий Иванович, несправедливо называемый Самозванцем. Амстердам, 1625».
X.	Рукопись Жолкевского, изданная Павлом Мухановым, 1835. Станислав Станиславович Жолкевский (1547—1620) — коронный гетман с 1618 г., канцлер. Погиб в битве на берегу Днепра, защищая молдавского государя от турок и татар. В книге есть Приложения. Приложение № III — «Различные показания историков о смерти князя Михаила Васильевича Шуйского-Скопина» (стр. 304—310).
XI.	Каталог Межова 1869 — «Систематический каталог русским книгам, продающимся в книжном магазине Александра Федоровича Базунова, комиссионера императорской Академии Наук, морского ученого комитета, Министерства юстиции и финансов в С.-Петербурге, на Невском проспекте у Казанского собора, в доме Ольхиной, № 30, с указанием 20 000 критических статей, рецензий и библиографических заметок, касающихся книг, помещенных в каталоге, извлеченных из всех периодических изданий и сборников, вышедших в свет с 1825 вплоть до 1869 года; а также более 400 указаний переводов русских сочинений на иностранные языки, вышедших отдельными изданиями. Составил В. И. Межов. СПб., 1869». в «Указателе источников, использованных и упомянутых Чеховым в материалах к диссертации „Врачебное дело в России“», стр. 538—545.
XII.	Листок представляет собою записи народных медицинских средств. Среди записей — цитата из книги: Тамбовский уезд И. Никольского. Тамбов, 1885. Над этой книгой Чехов работал в октябре 1885 г. — она упоминается в письме к П. Г. Розанову («...я взял сию книжицу в основу одной газетной работки», см. т. I Писем, стр. 167). Не исключено, что для той же «работки» были предназначены записи, сделанные выше.
XIII.	Чехов выписал годы, когда в древней Руси был голод, со ссылками на «Софийскую первую летопись» (см. т. V «Полного собрания русских летописей») и «Историю государства Российского» Н. М. Карамзина.
XIV.	Цитируя журнал «Воскресный досуг» (1865, № 137, 19 сентября (том 6), стр. 177—178), Чехов переписывает ссылку, приведенную в книге «Таинственные чары. Волшебная книга великих открытий. Графа Калиостро», 1876. Под заголовком «Наши колдуны» в «Воскресном досуге» переписано сообщение некоего Глаголева, перепечатанное, в свою очередь, из «Гродненских ведомостей».
XV.	Установить, по какому принципу составлен или из какого издания взят список, не удалось. Полное библиографическое описание названных книг — см. в «Указателе источников, использованных или упомянутых Чеховым...» «Ежемесячных сочинениях и известиях об ученых делах» за сентябрь 1764 года Чехов указывает страницу: 483. На этой странице начинается безымянное «Изъяснение о некоторых древностях, в могилах найденных». Четьи Минеи у Миши. — У брата, Михаила Павловича.
XVI.	Листок представляет собою записи самого Чехова. ...кроме «резанья желве»... — См. IV, цитату из Летописи Нестора на стр. 290 настоящего тома, а также т. I «Полного собрания русских летописей», стр. 85. ...совпадение Благовещенья с Великим днем... — См. т. V «Полного собрания русских летописей», стр. 283: «Благовещенье бысть в Велик день». «весна велми студена» — см. там же, стр. 266: «а весна была тогда велми студена». Язык природы не понимают потому, что он слишком прост. — Установить, откуда взяты эти слова А. Шопенгауэра, не удалось.
XVII.	Мысль Ренана соприкасается с мыслью Н. М. Карамзина, также выписанной Чеховым из т. I «Истории Государства Российского»: «Истинное происшествие должно быть их (сказок) основанием, и самые басни древние любопытны для ума внимательного, изображая обычаи и дух времени» (см. VII, стр. 331 настоящего тома).
XVIII.	Газетная вырезка. Источник — «Русские ведомости», 1885, от 8 ноября, № 308, стр. 1—2. Часть текста срезана, печатается только вырезанная Чеховым часть.  гг. он описывал санитарное состояние фабрик и заводов Московской губернии, писал по вопросам фабрично-заводского законодательства. Погожев был знаком с Чеховым, дарил ему свои работы (см. Чехов и его среда, стр. 366).  352 настоящего тома). Чехов писал доктору П. Г. Розанову: «... я... вручу Вашей милости много газетных вырезок, касающихся интересующего Вас вопроса о положении врачей» (см. т. I Писем, стр. 168). Эта вырезка явно относилась к ним же, но по каким-то причинам Чехов не послал ее Розанову (хотя 14 января какую-то другую вырезку послал — там же, стр. 181: «...спешу сдержать данное обещание — шлю вырезку из газеты»).

Сноски из примечаний

¹ Книги, названные только в цитатах, за некоторыми исключениями, в этот указатель не включены. Отдельные части сведены под общим названием.