| Добрый немец. |
|
Чехов А. П. Добрый немец // Чехов А. П. Полное собрание сочинений и писем: В 30 т. Сочинения: В 18 т. / АН СССР. Ин-т мировой лит. им. А. М. Горького. — М.: Наука, 1974—1982. Т. 6. [Рассказы], 1887. — М.: Наука, 1976. — С. 44—47.
ДОБРЫЙ НЕМЕЦ º, был послан хозяином в Тверь исполнить на месте какой-то заказ. Провозился он с заказом месяца четыре и так соскучился по своей молодой жене, что потерял аппетит и раза два принимался плакать. Возвращаясь назад в Москву, он всю дорогу закрывал глаза и воображал себе, как он приедет домой, как кухарка Марья отворит ему дверь, как жена Наташа бросится к нему на шею и вскрикнет... «Она не ожидает меня, — думал он. — Тем лучше. Неожиданная радость — это очень хорошо...» он всё время бормотал: — Ты, извозчик, хороший извозчик... Я люблю русских людей!.. Ты русский, и моя жена русский, и я русский... Мой отец немец, а я русский человек... Я желаю драться с Германией... Как он и мечтал, дверь отворила ему кухарка Марья. — И ты русский, и я русский... — бормотал он, отдавая Марье багаж. — Все мы русские люди и имеем русские языки... А где Наташа? — Она спит. — Ну, не буди ее... Тсс... Я сам разбужу... Я желаю ее испугать и буду сюрприз... Тссс! Сонная Марья взяла багаж и ушла в кухню. Улыбаясь, потирая руки и подмигивая глазом, Иван Карлыч на цыпочках подошел к двери, ведущей в спальную, и осторожно, боясь скрипнуть, отворил ее... В спальне было темно и тихо... «Я сейчас буду ее испугать», — подумал Иван Карлыч и зажег спичку... на другой кровати лежал громадный мужчина с большой рыжей головой и с длинными усами... Иван Карлыч не поверил глазам своим и зажег другую спичку... Сжег он одну за другой пять спичек — и картина представлялась всё такою же невероятной, ужасной и возмутительной. У немца подкосились ноги и одеревенела от холода спина. Пивной хмель вдруг вышел из головы, и ему уже казалось, что душа перевернулась вверх ногами. Первою его мыслью и желанием было — взять стул и хватить им со всего размаха по рыжей голове, потом схватить неверную жену за голую пятку и швырнуть ее в окно так, чтобы она выбила обе рамы и со звоном полетела вниз на мостовую. «О нет, этого мало! — решил он после некоторого размышления. — Сначала я буду срамить их, пойду позову полицию и родню, а потом буду убивать их...» женою ученого мастера, который у Функа и Кº получает 750 рублей в год! Она была ничтожной, ходила в ситцевых платьях, как горничная, а благодаря ему она ходит теперь в шляпке и перчатках, и даже Функ и Кº говорит ей «вы»... И он думал: как ехидны и лукавы женщины! Наташа делала вид, что выходила за Ивана Карлыча по страстной любви, и каждую неделю писала ему в Тверь нежные письма... «О, змея, — думал Швей, идя по улице. — О, зачем я женился на русском человеке? Русский нехороший человек! Варвар, мужик! Я желаю драться с Россией, чёрт меня возьми!» Немного погодя он думал: «И удивительно, променяла меня на какого-то каналью с рыжей головой! Ну, полюби она Функа и Кº, я простил бы ей, а то полюбила какого-то чёрта, у которого нет в кармане гривенника! О, я несчастный человек!» Отерев глаза, Швей зашел в трактир. — Дай мне бумаги и чернил! — сказал он половому. — Я желаю писать! Дрожащею рукою он написал сначала письмо к родителям жены, живущим в Серпухове. Он писал старикам, что честный ученый мастер не желает жить с распутной женщиной, что родители свиньи и дочери их свиньи, что Швей желает плевать на кого угодно... В заключение он требовал, чтобы старики взяли к себе свою дочь вместе с ее рыжим мерзавцем, которого он не убил только потому, что не желает марать рук. Затем он вышел из трактира и опустил письмо в почтовый ящик. До четырех часов утра блуждал он по городу и думал о своем горе. Бедняга похудел, осунулся и пришел к заключению, что жизнь — это горькая насмешка судьбы, что жить — глупо и недостойно порядочного немца. Он решил не мстить ни жене, ни рыжему человеку. Самое лучшее, что он мог сделать, это — наказать жену великодушием. «Пойду выскажу ей всё, — думал он, идя домой, — а потом лишу себя жизни... Пусть будет счастлива со своим рыжим, а я мешать не буду...» И он мечтал, как он умрет и как жена будет томиться от угрызений совести. — Мое имущество я ей оставлю, да! — бормотал он, дергая за свой звонок. — Рыжий лучше меня, пусть-ка тоже заработает 750 рублей в год! И на этот раз дверь отворила ему кухарка Марья, которая очень удивилась, увидев его. — Позови Наталью Петровну, — сказал он, не снимая шубы. — Я желаю разговаривать... Через минуту пред Иваном Карлычем стояла молодая женщина в одной сорочке, босая и с удивленным лицом... Плача и поднимая обе руки вверх, обманутый муж говорил: — Я всё знаю! Меня нельзя обмануть! Я собственными глазами видел рыжего скотину с длинными усами! — Ты с ума сошел! — крикнула жена. — Что ты так кричишь? Разбудишь жильцов! — О, рыжий мошенник! — Говорю же тебе, не кричи! Напился пьян и кричит! Ступай спать! — Не желаю я спать с рыжим на одной кровати! Прощай! — Да ты с ума сошел! — рассердилась жена. — Ведь у нас жильцы! В той комнате, где была наша спальня, слесарь с женой живет! — А... а? Какой слесарь? — Да рыжий слесарь с женой. Я их пустила за четыре рубля в месяц... Не кричи, а то разбудишь! Немец выпучил глаза и долго смотрел на жену; потом нагнул голову и медленно свистнул... — Теперь я понимаю... — сказал он. Немного погодя немецкая душа опять уже приняла свое прежнее положение, и Иван Карлыч чувствовал себя прекрасно. º тоже хороший Функ и Кº... Россия великолепная земля... С Германией я желаю драться... Примечания ДОБРЫЙ НЕМЕЦ Впервые — «Осколки», 1887, № 4, 24 января (ценз. разр. 23 января), стр. 4. Заглавие: Анекдот. Подпись: А. Чехонте. Сохранились гранки с авторской правкой и пометой: «„Осколки“, напечатано под заглавием „Анекдот“, в полное собрание не войдет» (ЦГАЛИ). Печатается по тексту гранок. При подготовке собрания сочинений, изменив название рассказа, Чехов сократил его и устранил просторечные выражения. Источник текста (рукопись или вырезка из журнала) с правкой Чехова, по которому набирался рассказ, до нас не дошел. В гранках Чехов снял упоминание о втором письме Швея и сократил описание его эмоций. Рассказ был написан, когда в газетах обсуждался вопрос о возможной войне с Германией. «Петербургская газета» 3 января 1887 г. (№ 2) в статье «Бисмарк перед рейхстагом» сообщала: «Он со своей обычной откровенностью заявил, что Германия никогда не станет ссориться с Россией из-за Болгарии и вовсе не имеет в виду нападать на своего соседа...». Между тем 11 января стало известно о военных приготовлениях Германии. Политический обозреватель «Петербургской газеты» 15 января писал: «Если судить о положении дел в Европе по телеграммам, то в голове составится невообразимый хаос и путаница. Сегодня одно, завтра — другое; сегодня — война, завтра — мир» (№ 14). Это нашло отражение в словах Швея: «Я желаю драться с Германией ~ Я желаю драться с Россией ~ Россия великолепная земля... С Германией я желаю драться...». 24 января 1887 г. Н. А. Лейкин писал автору: «А Ваш последний рассказец „Анекдот“ ужасно смешон. Из Ваших легких рассказов это один из удачнейших. Главное, развязка уж очень неожиданна» (Чехов, Лит. архив, стр. 149). |
| Главная |