<< Вернуться >>

свои воспоминания и переписку с писателем. В 1939 году семидесятипятилетняя Лидия Алексеевна, завершая работу над «мемуарным романом», написала на полях своей рукописи: «Тяжело жить. Надоело жить... И я уже не живу... Но все больше и больше люблю одиночество... И мечту. А мечта - это А. П. И в ней мы оба молоды, и мы вместе. В этой тетради я пыталась распутать очень запутанный моток шелка... любили ли мы оба? Он? Я?.. Я не могу распутать этого клубка». И мы, пожалуй, не сможем.
сюжет его рассказа «Цветы запоздалые». У Чехова открылись легочные кровотечения и жить ему оставалось совсем немного.
Драматургия Чехова стала необычайно популярной благодаря Московскому художественному театру и завоевала театральные подмостки всего мира. Влияние прозы Чехова на русскую и всемирную литературу в ХХ веке огромно. Он утвердил в прозе лаконичный жанр рассказа - «Умею говорить коротко о длинных вещах» - и отвоевал для него прао считаться большой литературой. К этому надо было приучить публику, привыкшую соотносить большого писателя непременно с романом. Известны слова Чехова: «По-моему, написав рассказ, следует вычеркивать его начало и конец. Тут мы, беллетристы, больше всего врем... И короче, как можно короче надо говорить». Друзья считали, что у него надо отнимать рукописи иначе он оставит в своем рассказе только, что они были молоды, влюбились, а потом женились и были несчастны. Чехов отвечал: «Послушайте, но ведь так же оно в существе и есть». И действительно, все любовные фабулы его лучших произведений - «Попрыгунья», «Дом с мезонином», «О любви», «Дама с собачкой» и др. - как-то удручающе безнадежны. «Женишься по любви или не по любви - результат один» Кто это сказал? Кажется, Чехов. «Предсмертные письма Чехова - вот что внушило мне на днях действительный ночной ужас. Это больше действует, чем уход Толстого», - писал Александр Блок. Действительно, в обыденности и предначертанности этой смерти - Чехов как врач знал, что умирает, - есть что-то жуткое. Летом 1904 года Ольга Леонардовна увезла Чехова в Баденвейлер - маленький курорт на юге Германии. Перед отъездом его навестил писатель Николай Телешов. «... то, что я увидал, - вспоминал он, - превосходило все мои ожидания, самые мрачные. На диване, обложенный подушками, не то в пальто, не то в халате с пледом на ногах, сидел тоненький, как будто маленький, человек с узкими плечами, с узким бескровным лицом - до того был худ, изнурен и неузнаваем Антон Павлович. Никогда не поверил бы, что возможно так измениться... «Завтра уезжаю. Прощайте. Еду умирать».