Cлово "ЩЕМИТЬ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ЩЕМИЛО, ЩЕМИТ, ЩЕМЛЮ

Входимость: 3.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 3. Размер: 69кб.
Часть текста: праздники и суеверные обряды, 1837 г. Сводная Летопись Л. И. Лейбовича. 1876 г. СПб. Нижегородский сборник. Гациского. 1871 г. Нижний Новг<ород>. Чародейство и таинственные явления в новейшее время. Соч. Хотинского. СПб. 1866 г. Рукописный список. Григорья Данилова Книголюбова. Абевега русских суеверий. Соч. М. Ч. М. 1786 г. Таинственные чары. Соч. гр. Калиостро. М. 1876 г. Владимирский сборник. Предание о народных русских суевериях, повериях и некоторых обычаях. Москва 1861 г. Быт русского народа. Соч. А. Терещенко. Очерк домашней жизни и нравов великорусского народа в XVI и XVII столетии. Костомарова. СПб. 1860 г. Сказания русского народа. И. Сахарова. 1841 г. Пермский сборник. Повременное издание. М. 1860 г. Материалы по этнографии Арханг<ельской> губ<ернии>. Ефименко. Накануне Клечальной субботы мужчины запасаются зорею и полынью, как предохранительными средствами от обаяния русалок*. В Малороссии в Троицын день приносят в церковь охапку зори, калуфера, мяты и кадила (chomaepitys), которая связывается...
Входимость: 1. Размер: 8кб.
Часть текста: могли говорить от дрожи, толкались, падали и, с непривычки к яркому свету, плохо видели и не узнавали друг друга. Было страшно. Особенно было страшно то, что над огнем, в дыму, летали голуби и в трактире, где еще не знали о пожаре, продолжали петь и играть на гармонике, как ни в чем не бывало. — Дядя Семен горит! — крикнул кто-то громким, грубым голосом. Марья металась около своей избы, плача, ломая руки, стуча зубами, хотя пожар был далеко, на другом краю; вышел Николай в валенках, повыбегали дети в рубашонках. Около избы десятского забили в чугунную доску. Бем, бем, бем... понеслось по воздуху, и от этого частого, неугомонного звона щемило за сердце и становилось холодно. Старые бабы стояли с образами. Из дворов выгоняли на улицу овец, телят и коров, выносили сундуки, овчины, кадки. Вороной жеребец, которого не пускали в табун, так как он лягал и ранил лошадей, пущенный на волю, топоча, со ржаньем, пробежал по деревне раз и другой и вдруг остановился около телеги и стал бить ее задними ногами. Зазвонили и на той стороне, в церкви. Около горевшей избы было жарко...
Входимость: 1. Размер: 8кб.
Часть текста: июль — декабрь 1903. — М.: Наука, 1982 . — С. 158—159. 4014. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ 22 февраля 1903 г. Ялта. 22 февр. 1903. Мой серенький песик, здравствуй! Да, ты там цветы от Ермоловой получаешь, а я сижу немытый, как самоед. Даже рычать начинаю. Ты спрашиваешь, мою ли я хоть шею. Шею-то мою, а вот все остальное стало грязно, как калоша; хочу в баню, Альтшуллер не пускает. Получил от Немировича очень милое письмо. Пишет он насчет моей болезни, насчет пьесы. Болезнь известная, и все, что нужно и что не нужно, мне известно, а вот насчет пьесы пока ничего сказать не могу. Скоро скажу. Твоя роль — дура набитая. Хочешь играть дуру? Добрую дуру. Мне не миновать глотать касторочку, дуся моя, вот уж больше недели, кажется, как нет аппетита. Мне очень легко не есть, я бы мог быть монахом-постником. Получил от Федорова том пьес. Между прочим «Стихия». Мне сия пьеса нравится, она в миллион раз талантливее всего Тимковского... Только вот что мне кажется: архитекторские способности есть, хоть отбавляй, а материала, из чего строить, очень мало. Теперь у меня начинается казнь египетская: это получение из казенной конторы гонорара за «Чайку». Нет никакой возможности получить: куда-то, по-видимому, надо приклеить марку в 60 или...
Входимость: 1. Размер: 83кб.
Часть текста: бас дьячка, выводил своим тенором что-то необыкновенно сложное, и по лицу его было видно, что испытывал он большое удовольствие. Но вот всенощная окончилась, все тихо разошлись, и стало опять темно и пусто, и наступила та самая тишина, какая бывает только на станциях, одиноко стоящих в поле или в лесу, когда ветер подвывает и ничего не слышно больше и когда чувствуется вся эта пустота кругом, вся тоска медленно текущей жизни. Матвей жил недалеко от станции, в трактире своего двоюродного брата. Но ему не хотелось домой. Он сидел у буфетчика за прилавком и рассказывал вполголоса: — У нас на изразцовом заводе был свой хор. И должен я вам заметить, хотя мы и простые мастера были, но пели мы по-настоящему, великолепно. Нас часто приглашали в город, и когда там викарный владыка Иоанн изволил служить в Троицкой церкви, то архиерейские певчие пели на правом клиросе, а мы на левом. Только в городе жаловались, что мы долго поем: заводские, говорили, тянут. Оно правда, мы «Андреево стояние» и «Похвалу» начинали в седьмом, а кончали после одиннадцати, так что, бывало, придешь домой на завод, а уже первый час. Хорошо было! — вздохнул Матвей. — Очень даже хорошо, Сергей Никанорыч! А здесь, в родительском доме, никакой радости. Самая ближняя церковь в пяти верстах, при моем слабом здоровье и не дойдешь туда, певчих нет. А в семействе нашем никакого спокойствия, день-деньской шум, брань, нечистота, все из одной чашки едим, как мужики, а щи с тараканами... Не дает бог здоровья, а то бы я давно ушел, Сергей Никанорыч. Матвей Терехов был еще не стар, лет 45, но выражение у него было болезненное, лицо в морщинах, и жидкая, прозрачная бородка совсем уже поседела, и это старило его на много лет. Говорил он слабым голосом, осторожно и, кашляя, брался за...

© 2000- NIV