Cлово "КАТЯ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: КАТИ, КАТЕ, КАТЮ, КАТЕЙ

Входимость: 23. Размер: 35кб.
Входимость: 19. Размер: 23кб.
Входимость: 17. Размер: 7кб.
Входимость: 15. Размер: 131кб.
Входимость: 13. Размер: 65кб.
Входимость: 13. Размер: 61кб.
Входимость: 13. Размер: 15кб.
Входимость: 12. Размер: 44кб.
Входимость: 11. Размер: 10кб.
Входимость: 10. Размер: 18кб.
Входимость: 9. Размер: 19кб.
Входимость: 8. Размер: 12кб.
Входимость: 8. Размер: 21кб.
Входимость: 8. Размер: 90кб.
Входимость: 8. Размер: 12кб.
Входимость: 8. Размер: 40кб.
Входимость: 5. Размер: 10кб.
Входимость: 5. Размер: 44кб.
Входимость: 5. Размер: 60кб.
Входимость: 4. Размер: 43кб.
Входимость: 4. Размер: 40кб.
Входимость: 4. Размер: 89кб.
Входимость: 4. Размер: 9кб.
Входимость: 3. Размер: 5кб.
Входимость: 3. Размер: 100кб.
Входимость: 3. Размер: 43кб.
Входимость: 3. Размер: 98кб.
Входимость: 3. Размер: 15кб.
Входимость: 3. Размер: 6кб.
Входимость: 2. Размер: 81кб.
Входимость: 2. Размер: 34кб.
Входимость: 2. Размер: 60кб.
Входимость: 2. Размер: 4кб.
Входимость: 2. Размер: 49кб.
Входимость: 2. Размер: 4кб.
Входимость: 2. Размер: 4кб.
Входимость: 2. Размер: 7кб.
Входимость: 1. Размер: 43кб.
Входимость: 1. Размер: 37кб.
Входимость: 1. Размер: 3кб.
Входимость: 1. Размер: 5кб.
Входимость: 1. Размер: 35кб.
Входимость: 1. Размер: 8кб.
Входимость: 1. Размер: 12кб.
Входимость: 1. Размер: 14кб.
Входимость: 1. Размер: 2кб.
Входимость: 1. Размер: 6кб.
Входимость: 1. Размер: 9кб.
Входимость: 1. Размер: 36кб.
Входимость: 1. Размер: 9кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 23. Размер: 35кб.
Часть текста: ИСТОРИЯ (ИЗ ЗАПИСОК СТАРОГО ЧЕЛОВЕКА) II После лекции я сижу у себя дома и работаю. Читаю журналы, диссертации или готовлюсь к следующей лекции, иногда пишу что-нибудь. Работаю с перерывами, так как приходится принимать посетителей. Слышится звонок. Это товарищ пришел поговорить о деле. Он входит ко мне со шляпой, с палкой и, протягивая ко мне ту и другую, говорит: — Я на минуту, на минуту! Сидите, collega! Только два слова! Первым делом мы стараемся показать друг другу, что мы оба необыкновенно вежливы и очень рады видеть друг друга. Я усаживаю его в кресло, а он усаживает меня; при этом мы осторожно поглаживаем друг друга по талиям, касаемся пуговиц, и похоже на то, как будто мы ощупываем друг друга и боимся обжечься. Оба смеемся, хотя не говорим ничего смешного. Усевшись, наклоняемся друг к другу головами и начинаем говорить вполголоса. Как бы сердечно мы ни были расположены друг к другу, мы не можем, чтобы не золотить нашей речи всякой китайщиной, вроде: «вы изволили справедливо заметить», или «как я уже имел честь вам сказать», не можем, чтобы не хохотать, если кто из нас сострит, хотя бы неудачно. Кончив говорить о деле, товарищ порывисто встает и, помахивая шляпой в сторону моей работы, начинает прощаться. Опять щупаем друг друга и смеемся. Провожаю до передней; тут помогаю товарищу надеть шубу, но он всячески уклоняется от этой высокой чести. Затем, когда Егор отворяет дверь, товарищ уверяет меня, что я простужусь, а я делаю вид, что готов идти за ним даже на улицу. И когда, наконец, я возвращаюсь к себе в...
Входимость: 19. Размер: 23кб.
Часть текста: ты сейчас сказала. Заметив, что я огорчен, и желая сгладить дурное впечатление, Катя говорит: — Пойдемте. Идите сюда. Вот. Она ведет меня в маленькую, очень уютную комнатку и говорит, указывая на письменный стол: — Вот ... Я приготовила для вас. Тут вы будете заниматься. Приезжайте каждый день и привозите с собой работу. А там дома вам только мешают. Будете здесь работать? Хотите? Чтобы не огорчить ее отказом, я отвечаю ей, что заниматься у нее буду и что комната мне очень нравится. Затем мы оба садимся в уютной комнатке и начинаем разговаривать. Тепло, уютная обстановка и присутствие симпатичного человека возбуждают во мне теперь не чувство удовольствия, как прежде, а сильный позыв к жалобам и брюзжанию. Мне кажется почему-то, что если я поропщу и пожалуюсь, то мне станет легче. — Плохо дело, моя милая! — начинаю я со вздохом. — Очень плохо ... — Что такое? — Видишь ли, в чем дело, мой друг. Самое лучшее и самое святое право королей — это право помилования. И я всегда чувствовал себя королем, так как безгранично пользовался этим правом. Я никогда не судил, был снисходителен, охотно прощал всех направо и налево. Где другие протестовали и возмущались, там я только советовал и убеждал. Всю свою жизнь я старался только о том, чтобы мое общество было выносимо для семьи, студентов, товарищей, для прислуги. И такое мое отношение к людям, я знаю, воспитывало всех, кому приходилось быть около меня. Но теперь уж я не король. Во мне происходит нечто такое, что прилично только рабам: в голове моей день и ночь бродят злые мысли, а в душе свили себе гнездо чувства, каких я не знал раньше. Я и ненавижу, и презираю, и негодую, и возмущаюсь, и боюсь. Я стал не в меру строг, требователен, раздражителен, нелюбезен, подозрителен. Даже то, что прежде давало мне повод только сказать лишний каламбур и добродушно посмеяться, родит во мне теперь тяжелое чувство. Изменилась во мне и...
Входимость: 17. Размер: 7кб.
Часть текста: Подперев кулаками свою белокурую голову, он рассматривал маленькую рыжеволосую девушку и вздыхал. — Катя, что заставило тебя так пасть? Скажи мне! — вздохнул между прочим Груздев. — Как ты озябла, однако! На дворе был один из самых скверных мартовских вечеров. Тусклые фонарные огни едва освещали грязный, разжиженный снег. Всё было мокро, грязно, серо... Ветер напевал тихо, робко, точно боялся, чтобы ему не запретили петь. Слышалось шлепанье по грязи... Тошнило природу! — Катя, что заставило тебя так пасть? — спросил еще раз Груздев. Катя робко поглядела в глаза Груздеву. Глаза честные, теплые, искренние — так показалось ей. А эти падшие создания так и лезут на честные глаза, лезут и налетают, как мотыльки на огонь. Кашей их не покорми, а только взгляни на них потеплей. Катя, теребя бахрому от скатерти, конфузливо рассказала Груздеву свою жалкую повесть. Повесть самая обыкновенная, подлая: он , обещание, надувательство и проч. — Какой же он подлец! — проворчал Груздев, негодуя. — Есть же такие мерзавцы, чёрт бы их взял совсем! Богат он, что...
Входимость: 15. Размер: 131кб.
Часть текста: с Бугровым) . Дай же, Тимофей Гордеич! Ну что тебе стоит дать? Взаймы ведь прошу! Бугров . Верьте богу, не могу-с! Не обижайте, Николай Иваныч! Трилецкий . Можешь, Тимофей Гордеич! Ты всё можешь! Ты можешь всю вселенную купить и выкупить, только не хочешь! Ведь взаймы прошу! Пойми ты, чудак! Честное слово, не отдам! Бугров . Видите-с, видите-с? Проговорились касательно неотдачи! Трилецкий . Ничего не вижу! Вижу одно только твое бесчувствие. Дай, великий человек! Не дашь? Дай, тебе говорят! Прошу, умоляю наконец! Неужели ты такой бесчувственный? Где же твое сердце? Бугров (вздыхает) . Э-хе-хех, Николай Иваныч! Исцелять-то вы не исцеляете, а деньгу тащите ... Трилецкий . Ты хорошо сказал! (Вздыхает.) Ты прав. Бугров (вынимает бумажник) . И насмешка тоже по вашей части ... Чуть что, сейчас: ха-ха-ха! Нешто можно так? То-то, что не можно ... Хоть необразованные, а все же крещеные, как и ваш брат ученый ... Ежели я глупо говорю, то вы должны наставить, а не смеяться ... Так-то. Мы люди мужики, ...
Входимость: 13. Размер: 65кб.
Часть текста: мировой лит. им. А. М. Горького. — М.: Наука, 1974—1982. Т. 10. [Рассказы, повести], 1898—1903. — М.: Наука, 1977 . — С. 186—201. АРХИЕРЕЙ I Под вербное воскресение в Старо-Петровском монастыре шла всенощная. Когда стали раздавать вербы, то был уже десятый час на исходе, огни потускнели, фитили нагорели, было всё, как в тумане. В церковных сумерках толпа колыхалась, как море, и преосвященному Петру, который был нездоров уже дня три, казалось, что все лица — и старые, и молодые, и мужские, и женские — походили одно на другое, у всех, кто подходил за вербой, одинаковое выражение глаз. В тумане не было видно дверей, толпа всё двигалась, и похоже было, что ей нет и не будет конца. Пел женский хор, канон читала монашенка. Как было душно, как жарко! Как долго шла всенощная! Преосвященный Петр устал. Дыхание у него было тяжелое, частое, сухое, плечи болели от усталости, ноги дрожали. И неприятно волновало, что на хорах изредка вскрикивал юродивый. А тут еще вдруг, точно во сне или в бреду, показалось преосвященному, будто в толпе подошла к нему его родная мать Мария Тимофеевна, которой он не видел уже девять лет, или старуха, похожая на мать, и, принявши от него вербу, отошла и всё время глядела на него весело, с доброй, радостной улыбкой, пока не смешалась с толпой. И почему-то слезы потекли у него по лицу. На душе было покойно, всё было благополучно, но он неподвижно глядел на левый клирос, где читали, где в вечерней мгле уже нельзя было узнать ни одного человека, и — плакал. Слезы заблестели у него на лице, на бороде. Вот вблизи еще кто-то заплакал, потом дальше кто-то другой, потом еще и еще, и мало-помалу церковь наполнилась тихим плачем. А немного погодя, минут через пять, монашеский хор пел, уже не плакали, всё было по-прежнему. Скоро и служба кончилась. Когда архиерей садился в карету, чтобы ехать домой, то по всему саду, освещенному луной, разливался веселый, красивый звон дорогих,...

© 2000- NIV