1. Медведь.

Входимость: 1. Размер: 68кб.

Часть текста: дому не выходите!.. Попова . И не выйду никогда ... Зачем? Жизнь моя уже кончена. Он лежит в могиле, я погребла себя в четырех стенах ... Мы оба умерли. Лука . Ну, вот! И не слушал бы, право. Николай Михайлович померли, так тому и быть, божья воля, царство им небесное ... Погоревали — и будет, надо и честь знать. Не весь же век плакать и траур носить. У меня тоже в свое время старуха померла ... Что ж? Погоревал, поплакал с месяц, и будет с нее, а ежели цельный век Лазаря петь, то и старуха того не стоит. (Вздыхает.) Соседей всех забыли ... И сами не ездите, и принимать не велите. Живем, извините, как пауки, — света белого не видим. Ливрею мыши съели ... Добро бы хороших людей не было, а то ведь полон уезд господ ... В Рыблове полк стоит, так офицеры — чистые конфеты, не наглядишься! А в лагерях что ни пятница, то бал, и, почитай, каждый день военная оркестра музыку играет ... Эх, барыня-матушка! Молодая, красивая, кровь с молоком — только бы и жить в свое удовольствие ... Красота-то ведь не навеки дадена! Пройдет годов десять, сами захотите павой пройтись да господам офицерам в глаза пыль пустить, ан поздно будет. Попова (решительно) . до самой могилы не снимать этого траура и не видеть света ... Слышишь? Пусть...

2. Чехов — Коробову Н. И., 12 (24) ноября 1897.

Входимость: 1. Размер: 8кб.

Часть текста: Как поживаешь? Напиши поподробней. Мой адрес: «Monsieur Antoine Tchekhoff, 9 rue Gounod, Nice». Газеты полны рассуждений и сплетен о Дрейфусе. Читаю очень внимательно, и впечатление таково, что никаких изменников нет, но что кто-то зло подшутил. Погода здесь теплая, летняя, ходим без пальто. Вернусь домой к весне. В январе поеду в Африку — не лечиться, а путешествовать. Будь здоров, поклонись Екатерине Ивановне и детям. Твой А. Чехов. 97 12/XI. Примечания 2163. Н. И. КОРОБОВУ 12 (24) ноября 1897 г. Печатается по тексту: Письма , т. V, стр. 109—110, где опубликовано впервые, по автографу. Нынешнее местонахождение автографа неизвестно. Н. И. Коробов ответил письмом без даты <«Милый Антон Павлович! Получил вчера твое письмо — спасибо...»> ( ГБЛ  В. Федорова «А. П. Чехов и его университетские товарищи в их взаимоотношениях и переписке». — Сб. «Антон Павлович Чехов. Статьи, исследования, публикации». Ростов н/Д, 1954, стр. 68). Напиши поподробней. — Коробов отвечал: «Меня удивляет, отчего идет кровь? Не играешь ли ты в Монако? Желаю тебе всякого удовольствия в Африке. Надеюсь, что напишешь оттуда мне что-нибудь. Зачем такие пессимистические рассказы в „Русских ведомостях“? Напиши что-нибудь жизнерадостное, что бывает в ранней юности, когда хочется кричать и скакать от радости бытия...» О письме Коробова к Чехову от 17 ноября 1897 г. см. также примечания к письму 2169. Газеты полны рассуждений и сплетен о Дрейфусе.  г. по обвинению в шпионаже в пользу Германии и приговорен к вечной ссылке на Чертов остров (близ Французской Гвианы). Единственной уликой, предъявленной обвиняемому и его защитнику на процессе, было «бордеро» — шпионское донесение, выкраденное французской разведкой у германского военного атташе в Париже и приписанное Дрейфусу. С самого начала процесс Дрейфуса сопровождался закулисными...

3. Огни.

Входимость: 1. Размер: 107кб.

Часть текста: неприветливой и темнее, чем она была на самом деле. Я был на линии железной дороги, которая еще только строилась. Высокая, наполовину готовая насыпь, кучи песку, глины и щебня, бараки, ямы, разбросанные кое-где тачки, плоские возвышения над землянками, в которых жили рабочие, — весь этот ералаш, выкрашенный потемками в один цвет, придавал земле какую-то странную, дикую физиономию, напоминавшую о временах хаоса. Во всем, что лежало передо мной, было до того мало порядка, что среди безобразно изрытой, ни на что не похожей земли как-то странно было видеть силуэты людей и стройные телеграфные столбы; те и другие портили ансамбль картины и казались не от мира сего. Было тихо, и только слышалось, как над нашими головами, где-то очень высоко, телеграф гудел свою скучную песню. за этим третий, потом, отступя шагов сто, светились рядом два красных глаза — вероятно, окна какого-нибудь барака — и длинный ряд таких огней, становясь всё гуще и тусклее, тянулся по линии до самого горизонта, потом полукругом поворачивал влево и исчезал в далекой мгле. Огни были неподвижны. В них, в ночной тишине и в унылой песне телеграфа чувствовалось что-то общее. Казалось, какая-то важная тайна была зарыта под насыпью, и о ней знали только огни, ночь и проволоки ... — Экая благодать, господи! — вздохнул Ананьев. — Столько простора и красоты, что хоть отбавляй! А какова насыпь-то! Это,...

4. М.К.Первухин. Из воспоминаний о Чехове

Входимость: 1. Размер: 78кб.

Часть текста: доморощенной культуры, с благоговением относился к писателям вообще, а Чехова буквально боготворил. Книжная торговля Синани шла очень вяло: с одной стороны - "Ялте читать некогда", а с другой - у самого Синани - то ли из-за недостатка средств на расширение дела, то ли по недостатку предприимчивости - выбор книг был донельзя ограничен. Настоящий покупатель был в лавке большою редкостью. Но крошечный магазинчик стоял на перепутье, в самом центре набережной, сам Синани, один из могикан старой Ялты, отличался положительно всеведением и словоохотливостью. Поэтому в магазинчике его постоянно происходили импровизированные "заседания", в которых принимал участие и сам говорун и хлопотун хозяин, крикливо обличавший непорядки то ялтинского городского самоуправления, то земства, то администрации, а то и самого Петербурга, ненавидимого стариком Синани за пренебрежение интересами Ялты. У дверей магазинчика Синани стояла удобная скамья, из-за которой чудак-караим вел нескончаемые препирательства с городскою управой и местной полицией, требовавшими удаления ее. И вот если не в самом магазине Синани, то у дверей его, на этой самой скамье, получившей название "писательской", по целым часам засиживался Антон Павлович, греясь на солнышке и созерцая море, сухо покашливая и рассеянно слушая разгоревшийся в магазине спор крикуна Синани с любившим подшучивать над ним непременным членом ялтинской городской управы, отставным знаменитым певцом баритоном Д.Усатовым, который на склоне дней своих стал ялтинским домовладельцем и городским деятелем, причем почему-то облюбовал в управе себе особую отрасль - заведование очисткой городских улиц от мусора, в то время как другой член управы, бывший в былые годы ассенизатором, а потом державший бани, некий Иванов, заведовал... городским театром и местным "казино". - Перевешать вас всех надо! - горячится вспыльчивый Синани, - в Сибирь сослать! Вот погодите, дождетесь вы! Только и знаете, что население грабите! Выскочит на...

5. Шаврова. Софка: (Кисловодская идиллия).

Входимость: 1. Размер: 39кб.

Часть текста: не то какой-то странной, необыкновенно узенькой, ] и на фантастическ[ ой ] ую женщин[ ой ] у. — Я устала говорить! — кричит она. — Князь, дайте мне пить! — Софка! — слышится окрик. Но она не обращает внимания. — Князь, — повторяет она еще громче, — князь! Кругом в различных, более или менее живописных позах расположились друзья и знакомые ее матери. Правда, многих она знает не больше недели, иные познакомились только сегодня перед поездкой. Но это ничего не значит; на водах так скоро знакомятся! [ А бойкость всегда нравится и привлекательна. Это Софка хорошо знает. ] Лежат на траве, прислонившись к седлам и на разостланных бурках. Несколько военных, есть актер, два помещика, доктор на отдыхе и, наконец, люди неопределенных профессий, живущ[ их ] ие «своим капиталом», которых на водах всегда много. Эти все больше наряжены горцами. Софке все равно. Ее радует, что она с мамой 1 и Адель Карловной приехала сюда, в горы, что с ней говорят, как с взрослой, любуются ею и даже как будто ухаживают все эти смешные усатые люди. Ей весело, потому что трава в ущелье так зелена, что хочется примять ее, что камни там грозно нависли, и утесы хмурятся, и молодой серп месяца золотит зыбь маленькой горной речки... Весело и от выпитого вина, и от прохлады вечера, а главное, весело оттого, что и в ней и для нее все еще так ново, свежо, [ и неизвестно ] странно . Софке не больше [ пят ] шест надцат[ ь ] и лет. В этом году она как-то сразу из девочки [ сделалась ] превратилась в почти взросл[ ой ] ую [ барышней ]. Перемена произошла так внезапно, что Софка сама смущена и [ довольна что ] не верит глазам... И все как будто переменилось вокруг нее... Возле нее генерал [ бодрящийся видимо. ] — громадная гора жира и мяса в белом кителе, проевш[ ий ] ая два состояния 2 на своем веку и оканчивающ[ ий ] ая теперь третье. Черные масляные глазки смеются, он любуется девочкой и не прочь подпоить ее немножко. Софка видит, что [ она ] имеет успех между этими...